Богословие в сказках: Тень

В середине XIX века рождаются произведения полные философских размышлений о человеческой природе. Что влияет на человека? Что оказывает на него воздействие, которому он не может противиться? Что победит в его душе, добро или зло?

Среди писателей, которые оказали в этом смысле влияние на датского сказочника Ганса Христиана Андерсена, стоит назвать, конечно, Эрнеста Теодора Амадея Гофмана. Немецкий писатель был значительно старше Андерсена, поэтому они вряд ли могли встретиться. Тем не менее, оказавшись в немецкой писательской среде, Ганс Христиан не мог не соприкоснуться с наследием кружка «Серапионовы братья», идейным вдохновителем которого был Гофман. Надо сказать, что долгие годы Эрнест Теодор был не особенно популярен в германоязычной среде, немецкая критика его не жаловала. В этом смысле он уступал своим соратникам из «Ордена серафимов», как еще называли себя писатели. Зато в остальной Европе популярность его произведений была необыкновенной. Его книги переводили на разные языки, даже на русский. Так Достоевский пишет, что прочитал всего Гофмана, сначала по-русски, а потом и на немецком языке.

А вот на датский язык прусского сказочника не торопились переводить. И совсем не потому, что его истории были бы неприняты датчанами. Причиной тому было знание немецкого языка образованными жителями этого государства. Трудно сказать, Андерсен впервые прочитал Гофмана еще на родине или во время своих путешествий в Германию. Несомненно то, что волшебный, но при этом очень взрослый мир сказок Гофмана привлек его внимание, как и темы, к которым обращался Гофман и его «Серапионовы» собратья.

Одной из таких тем стало размышление о добре и зле в человеке. Можно разделить человека на две части, добрую и злую? Где проходит эта граница? Эти вопросы волновали тогда многих. Ответы на них мы находим, например, у Гоголя. Да он и сам обращался к теме разделения человека в своей петербургской повести «Нос». Датский сказочник же впервые попытался осмыслить тему добра и зла в небольшой сказке «Призрак». Она вошла в его сборник стихов, опубликованный к началу 1830 года. Тогда Андерсен еще не издавал сказок. Он считал, что прославится как поэт, автор пьес и романов. В предисловии к своей сказочной истории он спрашивает читателя, а нужно ли вообще обращаться к такому жанру как сказка для взрослых, а также к осмыслению самой темы. Естественно, ответа от читателей он не получает. Зато получает недвусмысленный ответ от датской критики, которая настоятельно советует молодому поэту никогда не писать сказок, потому что это не его стезя.

Сказку «Призрак» Ганс Христиан создал, опираясь на датский фольклор. Благодаря рассказам бабушки он был большим знатоком народных сказок. Впрочем, тогда увлечение фольклором, собирание народных историй было повсеместным. Все знают немецких собирателей сказок братьев Гримм, но в то время в каждой стране были свои братья Гримм, путешествующие из селения в селение, записывающие и обрабатывающие сказочные истории, доводя их до определенного литературного уровня. В Дании таких фольклористов было несколько, как и несколько крупных изданий народных сказаний. Но более всего Андерсен обращался к книге Маттиаса Винтера «Датские народные сказки». Да это и неудивительно, ведь Винтер был практически земляком Ганса Христиана. Он вырос совсем недалеко от родного для сказочника Оденсе, поэтому многие записанные им истории были знакомы Андерсену с детства.

Короткий рассказ о призраке, вошедший в книгу стихов молодого датского автора, вырос из сказок его бабушки, но в записях Винтера он выглядит значительно интереснее. Кстати, в «Датских народных сказках» эта история называется «Человек и его тень». Впрочем, это название можно перевести и как «Человек и его призрак», потому что в датском языке для обозначения призрака и тени частенько использовалось одно и то же слово. Так что совсем не удивительно, что, оказавшись в Германии во время одного из своих путешествий по Европе, Андерсен обращает внимание на повесть одного из «Серапионовых братьев» Шамиссо «Необычайная история Петера Шлемиля».

Трудно сказать, что послужило основой или отправной точкой для Шамиссо. Ведь до него никто не обращался к теме двойников, и его считают родоначальником этого сюжета в европейской литературе. Вообще Шамиссо был человеком высокообразованным, много попутешествовавшим. Впрочем, с самого рождения его судьба была связана с передвижениями и даже со скитаниями. Луи Шарль Аделаид де Шамиссо де Бонкур происходил из знатного французского рода. Как и положено потомку рыцарей, он появился на свет в родовом замке Бонкур. Но очень скоро аристократическое семейство вынуждено было покинуть родные края. Спасаясь от Французской революции. Родители Луи Шарля отправились сначала в Голландию, но не нашли там пристанища. Тогда они перебрались в Германию, а затем осели в Пруссии. Здесь их жизнь, казалось бы, стала налаживаться. Совсем юный Шамиссо оказался при дворе Фридриха Вильгельма III и стал пажом его супруги. Со временем он решил посвятить себя военной карьере и поступил на службу в пехотный полк Берлинского гарнизона. Это был непростой период в жизни молодого человека, полный лишений и скитаний, а также моральных страданий, потому что ему приходилось воевать со своими бывшими соотечественниками. Если учесть, что в семье Шамиссо бережно сохранялась память о покинутой родине и теплилась надежда на возвращение, можно представить, как непросто было Луи Шарлю. Впрочем, впоследствии де Шамиссо де Бетанкур все-таки смогли вернуться во Францию, а вот будущий член «Серапионова братства» предпочел остаться в Пруссии. Здесь он посвятил себя учебе, преподаванию и писательству, всему, что не принимало и не одобряло его семейство. Каждый раз, когда судьба Шамиссо делала крутой поворот, он менял свое имя. Сначала он стал Людвигом, сменив французский вариант Луи на его немецкий аналог. Уйдя с военной службы, стал Адальбертом, а в период службы на русском корабле был Адальбертом Логиновичем. Да, был в жизни Шамиссо и такой поворот. Тогда ему удалось получить место натуралиста на судне «Рюрик» и совершить вместе с русской командой кругосветное путешествие.

«Необычная история Петера Шлемеля» не единственное, но, пожалуй, самое известное произведение Шамиссо. Томас Манн говорил о том, что тень в этой повести – символ всего солидного, символ прочного положения в обществе и принадлежности к нему. Но как при этом тень влияет на человека?

Главного героя Шамиссо зовут Петер, то есть он обычный немец, человек из народа. В то же время он носит фамилию Шлемель. На самом деле, это совсем не фамилия, а имя еврейского происхождения, Шломиэль. Обычно его переводят как «любящий Бога», но, если быть точным, это имя стоит перевести как «уповающий на Бога», «обретающий мир только в Боге». Не зря же оно складывается из двух слов «шалом» — мир и «Эль» — за этим словом скрывается Имя Божие. Во времена Шамиссо как в еврейской среде, так и в немецкоговорящей имя Шлемиль стало нарицательным. Оно обозначало беднягу, человека несуразного и достойного жалости. Автор повести так пишет про своего персонажа: «долговязый малый, слывший растяпой, потому что был нетороплив, и лентяем, потому что был нерасторопен». Молодой человек продает свою тень дьяволу за волшебный кошелек, в котором никогда не заканчиваются деньги. Однако богатство не приносит ему счастья. Бедняки, видя, что у него нет тени, начинают относиться к Шлемилю с сочувствием, а вот богачи, в мир которых он так стремился, изгоняют его. Отсутствие тени делает его парией в светском обществе. Бедный Петер с огромным трудом находит молчаливого господина в летах, одетого в старомодный редингот (сюртук для верховой езды) и похожего на провинциального ростовщика – именно так выглядит дьявол в повести Шамиссо. Большого труда стоит герою расторгнуть договор, но и возвращение тени не приносит Шлемилю счастья. Он случайно покупает на базаре семимильные сапоги и отправляется странствовать, нигде не находя себе пристанища.

Именно эта повесть, нашедшая отражение и в произведении Гофмана «Приключения в Новогоднюю ночь», и в романе Бальзака «Утраченные иллюзии», смешиваясь с фольклорными сказаниями, ложится в основу сказки Андерсена «Тень». Он пишет ее во время поездки в Неаполь. Не зря произведение начинается с описания невыносимой жары, от которой можно укрыться только за плотными ставнями. В его сказке тень принадлежит не несчастному неудачнику, а ученому, человеку состоявшемуся и уважаемому, путешествующему по Европе. Андерсен словно примеряет роль ученого на себя. Сказочнику самому свойственно любопытство – не зря же он пишет в своей автобиографии, что каждая вещь рассказывает ему свою историю. Наверное, выходя вечерами на балкон подышать воздухом, или выбираясь на остывающие после дневного зноя улицы Неаполя, он следил за своей тенью, непринужденно скользящей по стенам и мостовым, заглядывал в распахнутые окна и думал о том, что его «двойник» проникает туда, куда не дотягивается даже его взгляд.

Тень ученого проникает в дом напротив. Никто не знает, кто там живет, но оттуда постоянно доносится музыка. А однажды ночью ученый видит в окне женский силуэт. Впоследствии тень рассказывает, что этот удивительный дом принадлежал самой Поэзии. Восхищенный ученый, конечно же, вспомнил, что она часто живет отшельницей в больших городах. Казалось бы, в таком доме тень должна была превратиться в настоящего человека, а не просто приобрести телесность. Тень говорит ученому: «Явись вы туда, вы бы не сделались человеком, а я сделался им! Я познал там мою собственную натуру, мое природное сродство с поэзией». Читая эти строки, думаешь, что речь идет о весьма утонченной натуре, с которой ученому приятно будет побеседовать о прекрасном, о смысле, о добре и красоте. Ведь именно этому посвящены его книги, которые не пользуются особой популярностью в обществе, ведь у него другие предпочтения. Но нет, тень совсем не такова. Она, вернее он, приобретает черты совсем не сходные с натурой его бывшего хозяина. Тень заносчива, горделива, нахальна, любит выделиться и подчеркнуть свою необычность. Да-да, ведь она-то смогла стать человеком, не только в отличие от новой тени своего бывшего хозяина, но и от него самого. С первой же встречи тень подчеркивает, что ученый ей совсем не ровня, поэтому обращение на «ты» должно быть исключено. Тень не унижает скромного ученого, но в любой ситуации подчеркивает свое превосходство, в конце концов дойдя до требования, чтобы ученый ложился у его ног, словно это он его тень.

Тень стремится к богатству и могуществу любой ценой, поэтому свое богатство она «зарабатывает» шантажом. Ведь никто, кроме тени, не может украдкой проскользнуть в любую щель, за любые закрытые двери, чтобы выведать чужие тайны и неблаговидные секреты. В то же время тень жаждет быть принятой в обществе и в результате поднимается на самый верх, получив предложение от одной умной принцессы стать ее мужем.

Тень и ученый – это черное и белое. На первый взгляд они кажутся полными противоположностями, но по замыслу Андерсена они не могут друг без друга. Ведь все недостатки тени, все, что кажется в нем отталкивающим, это всего лишь продолжение положительных качеств ученого. В своей совсем недетской сказке Андерсен предлагает читателю задуматься над тем, что же в этом мире является ценностью – доброта и красота или богатство и ложь. Когда тень женится на принцессе, а ученого убивают в тюрьме, Андерсен дает свой ответ на этот вопрос. Он предлагает нам обратить внимание на подмену понятий, которая происходит в нашей жизни, поэтому ученый становится тенью, а тень – хозяином. Зло называет себя добром, и даже самая мудрая принцесса на может этого заметить. Она выбирает зло. Она задает тени вопросы, на которые другие не могли дать ответа. Ответ есть у ученого, но тень присваивает ответы себе. Мудрости принцессы не хватает, чтобы заметить подвох.

Говоря о сказках Андерсена, о том, что оказывало на него влияние, не стоит сбрасывать со счетов глубокую религиозность Ганса Христиана. Эпиграфом к сказке «Тень» он вполне мог бы выбрать слова из Первого Послания апостола Иоанна: «Мы знаем, что мы от Бога и что весь мир лежит во зле» (1 Ин 5,19). У предшественника Андерсена Шамиссо зло предстает в образе пожилого господина, потом мы встречаем его в осуждающем Петера Шлемеля обществе. А датский сказочник являет зло в образе тени. Не зря в сказках его бабушки тень всегда была связана с преисподней. Тень – это некая сущность, принадлежащая дьяволу. В сказке Андерсена она принадлежит всецело. В ней нет ни одного светлого пятна, потому что все хорошее, что она делает, тень делает из корыстных побуждений, ожидая в будущем получения выгоды. Она обманывает и манипулирует.

Тень искушает ученого, предлагая ему вместе поехать на воды и обещая все расходы взять на себя. Она не повторяет слова дьявола, обращенные ко Христу в пустыне: «я подарю Тебе все эти царства с их властью и славой, ибо отданы они мне, и я могу даровать их кому пожелаю. Если станешь поклоняться мне, все это будет Твое» (Лк 4, 6-7). Но эти евангельские слова легко просматриваются через предложения тени. Впрочем, ученый не замечает никакого подвоха, он спокойно едет на воды, разыгрывает из себя тень тени. И только в последний момент, когда тень решает жениться на принцессе, ученый пытается возмутиться, донести до мира правду, но уже поздно. Мир выбирает тень, убивая ученого, который всю жизнь писал о добром и прекрасном, но не сумел разглядеть манипуляцию. Ученый похож со своим предшественником Петером Шлемилем тем, что он недальновиден и принимает желаемое за действительное.

В «Братьях Карамазовых» Митя Карамазов, персонаж, скорее, близкий к тени, чем к ученому, размышляя о красоте, говорит, что дьявол с Богом борются, а поле битвы – сердца людей». Эта же мысль раскрывается в андерсеновской «Тени». Только здесь сердце человеческое вмещает в себя целый мир. Речь идет не только о некоем обществе, о какой-то стране или прослойке населения. Сказки Андерсена всегда многослойны. Первый слой кажется совсем понятным, вот он как раз про общество, про мир в целом. А второй, почти незаметный, — про каждого из нас, про выбор, который совершается в сердце человека. Мы можем пойти по пути тени, ради прибыли и положения идти на подлость, а можем, как ученый, размышляя о прекрасном, соглашаться с подлостью и злом, принимать подачки и подарки тех, чье поведение кажется нам неправильным. Есть и третий путь. Про него ни слова не сказано в сказке Андерсена, но он был очевиден для современников писателя, выросших в христианской культуре. И особенно для соотечественников Ганса Христиана, начинавших свое обучение с изучения Священного Писания. «Иисус отвечает дьяволу: Поклоняться будешь только Господу Богу твоему, и служить будешь только Ему» (Лк 4,8). Третий путь – это путь правды, путь красоты и мира, о котором пишет книги ученый, но идти по которому он не хочет.

Анна Гольдина

Автор:

Поделиться в соцсетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Одноклассники

Добавить комментарий

Specify Facebook App ID and Secret in the Super Socializer > Social Login section in the admin panel for Facebook Login to work

Specify Twitter Consumer Key and Secret in the Super Socializer > Social Login section in the admin panel for Twitter Login to work

Specify Google Client ID and Secret in the Super Socializer > Social Login section in the admin panel for Google Login to work

Specify Vkontakte Application ID and Secret Key in the Super Socializer > Social Login section in the admin panel for Vkontakte Login to work

Ваш адрес email не будет опубликован.