10 января в Москве завершился VIII Международный Рождественский фестиваль. Специальным гостем заключительного концерта стал брат Алессандро Брустенги OFM, всемирно известный итальянский тенор и первый в мире монах, имеющий контракт с крупной звукозаписывающей компанией «Universal Music Group». Мы побеседовали с ним о красоте, глубинных желаниях человеческого сердца, доверии Богу и о том, что делать, чтобы данные Им таланты послужили к жизни вечной.

— В каждом интервью вас спрашивают, как вы совмещаете своё монашеское и артистическое служение. Но вопрос ведь не в организации времени, а в сути. Что вас вдохновляет? Что даёт силы?

— Я должен сказать, что мы должны различать созерцательное и деятельное служение. Потому что первое подразумевает спокойную, размеренную жизнь и постоянное пребывание в стенах монастыря. Но наше призвание как братьев-францисканцев, кроме много другого, это идти в мир и проповедовать Евангелие при помощи своих талантов. И поэтому то, что на первый взгляд может казаться противоречием, на самом деле, наилучшим образом реализует наше призвание. Потому что святой Франциск хотел, чтобы его братья делали то же самое, что и он. В мир обычно идут братья. И когда мы путешествуем, мы останавливаемся всегда у своих собратьев или в каких-то других религиозных институтах, но никогда – в гостинице. Мы сохраняем наш стиль жизни, наши обычные молитвы, обычные монашеские правила. Благодаря этому наша монашеская жизнь может прекрасно сочетаться с другими призваниями.

И, на самом деле, это Он (показывает вверх) даёт силы. Я тоже задаюсь вопросом: как это можно сочетать? Потому что я не люблю путешествовать. Но за последние 4 года я 70 раз воспользовался самолётом. Мне не нравится путешествовать. Это Он хочет, чтобы я путешествовал. Эти сумасшедшие вещи делаются из-за любви. И они всегда стоят этого.

— Господь творит через вас удивительную красоту. И когда Он даёт такой талант, есть два пути: следовать за волей Бога или за собственными амбициями и гордыней. Как отличить одно от другого? Каков критерий?

— Нужно углубиться в собственное сердце, видеть свои глубинные желания. Я всегда читаю псалмы – это мне очень помогает. И особенно, псалом 129, в котором говорится: «Господи, не надмевалось сердце мое и не возносились очи мои, и я не входил в великое и для меня недосягаемое». И я хотел бы вести простую жизнь. Мне нравится работать с деревом в столярной мастерской. И когда я путешествую по миру, я думаю о том, как сделать какую-то вещь из дерева. Это моя настоящая страсть, и желание моё – заниматься этим.

Кроме того, мои учителя музыки научили меня одной очень важной вещи. Они говорили: помни о том, что ты совершаешь служение. И это служение предназначено для других, не для тебя самого. Потому что, когда кто-то присваивает свой дар самому себе, это перестаёт быть даром и умирает. Мы не призваны к тому, чтобы иметь, мы призваны дарить.

— Что для вас красота, и почему человеческое сердце нуждается в ней?

— Красота – это Бог. Это сказал святой Франциск. Он сказал, обращаясь к Богу: «Ты — Красота». В своей хвале Всевышнему. И красота действует непосредственно. Когда ты видишь прекрасную вещь, ты не думаешь, красиво это или нет, ты не проводишь измерения. Ты остаешься удивленным, с открытым ртом, дыхание захватывает, сердце бьётся, глаза широко раскрыты, и твой дух спонтанно и немедленно объединяется с этой красотой. Это момент Рая. Это язык Бога. И ты остаешься пораженным этим.

— Вы уже учились в консерватории, когда открыли своё монашеское призвание. Вам было страшно? Казалось ли, что необходимо сделать выбор?

— Да, я тогда был очень молод, мне было 16 лет. Я совсем недавно обратился, открыл для себя Бога, после того, как два года занимался философией, деструктивной, идеалистической философией. И единственная вещь, которая имела для меня значение, это моё эго. Бог меня спас, немедленно избавил меня от этих идей, от моего отчаяния. Потому что я был отчаянии, жизнь для меня потеряла смысл. И я сказал: «Если Ты существуешь, помоги мне!» И Он явил Себя. Я почувствовал внутри себя непреодолимое желание: если Бог полностью отдал Себя мне, единственный способ отблагодарить Его – это отдать себя самого Ему. Через несколько месяцев я посмотрел фильм о святом Франциске и сказал: «Я хочу жить, как он!»

— То есть, не было проблемы выбора: в какой орден пойти? Сразу было ясно, что к францисканцам?

(Смеётся) Я знал только святого Франциска. Он пришёл первым. Поэтому проблемы не было. Если бы я сначала посмотрел фильм про святого Доминика, может быть, я стал бы доминиканцем.

Но потом были и другие совпадения, которые я называю «богосовпадениями». В жизни святого Франциска было очень много похожего на мою собственную жизнь. Например, когда я шёл молиться в маленькую разрушающуюся церковь, и внутри было распятье… И когда я увидел то же у святого Франциска – я ещё не знал всех подробностей его жизни – я сказал: «Так это же про меня!» И я уподобился ему. И потом мне нравится природа, животные, и моим желанием всегда было быть братом для всех. И любое другое решение было бы для меня ограничивающим. Также у меня было желание создать семью: иметь жену, детей, работу… Но даже это для моей жизни являлось чем-то ограничивающим. Я хотел стать братом всему миру.

— Вы сказали очень важное слово – «уподобиться». Как вы думаете, есть ли иной способ следования за Христом?

— Есть много способов следовать за Ним, но не мы выбираем способ. Нужно делать то, что хочет Он. Потому что Он знает все связи, все пути, и выбирает для нас тот, который быстрее всего приведет в Рай. Бог не заботится о том, чтобы мы здесь, на земле, получали то, что хотим. Ему важно, чтобы мы попали в Рай. Потому что, пока мы здесь, мы не уверены, мы находимся в неустойчивом положении. Наша судьба не решена – мы можем попасть также в ад. Но когда мы попадем в Рай, будет определенность. И поэтому Его единственное желание – чтобы мы были там с Ним. И для каждого существует свой особый путь.

— Я знаю много талантливых францисканцев, из разных стран. Но никто из них не имеет контракта с Universal Music и гастрольных туров такого масштаба. Как началась эта история в вашей жизни?

— Очень сложно. Я этого не хотел. Была одна учительница музыки в Перудже, которая хотела, чтобы я обязательно прошёл прослушивание перед менеджерами звукозаписывающих компаний. Я не хотел, но она настояла и организовала это прослушивание тайно. Я должен был петь. И там был один менеджер из Лондона, который сказал, что компания Decca Records, входящая в Universal Music Group, могла бы быть заинтересована во мне. Он сказал, что я должен пройти ещё одно прослушивание с представителями этой компании. И тогда я уже не мог отказаться, но я был практически уверен, что прослушивание пройдёт неважно… Однако, к сожалению или к счастью, прослушивание прошло хорошо. И потом я был уверен, что мои руководители в Ордене не согласятся с такой деятельностью. Я был так уверен, что не хотел даже говорить с ними об этом. Но мои друзья посоветовали мне всё-таки поговорить с вышестоящими о прослушивании. Я очень сильно верю в дружбу – через неё Бог наиболее явно показывает Себя в моей жизни. Потому что в Евангелии Иисус говорит: «Я называю вас друзьями». И мои друзья сказали мне тогда: «Иди и поговори, потому что Бог желает этого!» Я поверил, мои настоятели приняли это, прослушивание прошло прекрасно… Вот так всё и началось.

— Ваш последний альбом называется «Голос мира» (Voice of Peace) и, правда, он весь проникнут молитвенным духом. Можно ли считать это ответом на события, которые сейчас происходят в мире, или вы не думали об этом?

— Когда возникла мысль назвать альбом так, ещё ситуация была другая. Это было полтора года назад. Не было этих больших рисков, которые есть сегодня. Но как раз когда альбом выходил, уже происходили все эти трагические события. И в этом я вижу провидение Божие – в том, что Он дал нам инструмент для молитвы, такой способ молитвы…

Потому что первый альбом назывался «Голос Ассизи», второй – «Голос радости» (посвященный Рождеству), и потому было логично назвать третий альбом «Голос мира». Потому что радость и мир – это главные францисканские принципы.

Меня часто спрашивают: что ты ожидаешь от своего пения? Ничего. Потому что Он знает, для чего это нужно. Я не знаю. Я ничего не жду. Так же как, приезжая сюда, в Россию, я ничего не ждал. Но я открыл столько прекрасного! Не важно, что здесь так холодно. Сердца согревают. Это то, что я почувствовал внутри. Он делает всё это. Я здесь для того, чтобы служить Ему.

— Когда вы пели сегодня, казалось, что вы просто молитесь в уединении, а вовсе не выступаете перед переполненным залом. И у меня родился вопрос: что вы чувствуете во время выступлений?

— Это другой мир, другое измерение. Я не люблю выступать с концертами, потому что я всегда очень нервничаю. Но, когда я начинаю петь, как будто открывается дверь, и мы все оказываемся в другом мире. Пение – это как течение реки, и оно достигает сердец всех людей. Я чувствую внутри себя кресты и воскресение всех людей, которые передо мной. И это увлекательно… Это очень сильное ощущение. Как цунами. Это невероятно! Максимальное ощущение боли и радости. Это как если бы я взорвался, как если бы люди вокруг меня взорвались. И это не зависит от меня.

— Спасибо, брат Алессандро! Слушая вас, я хочу такой же радости для себя, для тех, кого я люблю, и для всего мира.

— Спасибо! Будем молиться об этом вместе.

Беседовала Анастасия Орлова

Перевод: Дмитрий Минорский

Фотографии: Сергей Родионов

Видео: Николай Чирков

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

Notify of
avatar
wpDiscuz