Литургия – это вершина, к которой стремится деятельность Церкви, а вместе с тем и источник, из которого исходит вся ее сила. (SC 10)

Эти сильные слова из конституции о священной Литургии II Ватиканского собора Sacrosanctum Concilium могут нам помочь в понимании того, что литургия является не чем иным, как конкретной актуализацией события Спасения, которое было для нас завоевано Иисусом Христом. Этот акт Спасения реален и действенен для каждого человека и применителен к каждой ситуации, в которой этот человек находится. Если Спасение актуализируется таким образом, то мы должны понять, что представляет собой само это действие Иисуса Христа, ибо, как читаем в Деяниях апостолов, нам не дано другого имени, кроме имени Иисуса, в котором мы можем обрести спасение. Это Иисус, посланный Отцом реализовать дело Спасения, в Литургии отдает нам свою собственную жизнь, что находит отражение в Пасхальной тайне.

То есть только через Христа до Отца дойдут наши молитвы, просьбы, наши поклонение и благодарения. И только через Христа Отец даст нам все то, в чем мы нуждаемся, всякий дар будет ниспослан нам через этого единственного Посредника.

Христос в каждой литургии молится за нас, молится в нас, и мы взываем к Нему. Присутствие Христа в литургии не статично. В каждом литургическом действии спасение раскрывается нам в динамическом аспекте, наделяясь всей полнотой спасительной силы.

Поэтому литургия – это своеобразное действо Христа, Который сегодня актуализирует факт Спасения и является кульминацией всего того, что осуществляется Церковью. В этом отношении интересно задуматься над тем, о чем упоминал кардинал Ратцингер в своей книге «Дух литургии»: в Книге Исхода народ Израиля выходит из Египта, чтобы достичь обещанной земли, на которой будет жить. Однако это не единственная цель. Наряду с ней существует и другая цель – совершить служение в пустыне (Ис 7, 16). То есть народ становится таковым в момент совершения служения Богу. По аналогии с этим, Церковь будет новым народом спасенных, что проявится в полной мере, когда будет отслужена служба Богу, то есть Евхаристия, и вместе с тем Церковь для этого и существует – чтобы совершать служения Богу, чтобы служить службы.

Если литургия занимает центральное место в том, что есть и делает Церковь, то не будет достаточно одной только литургии в жизни Церкви. Жизнь Церкви поддерживается своеобразным триединством: литургией, евангелизацией (или катехизацией) и милосердием. Это Спасение, которое празднуют, к которому призывают и которое переживают.

В конституции о священной Литургии об этом говорится следующим образом: «Литургией не исчерпывается вся деятельность Церкви: ведь, прежде чем люди смогут приступить к Литургии, необходимо, чтобы они были призваны к вере и обращению: «Но как призывать Того, в Кого не уверовали? как веровать в Того, о Ком не слыхали? как слышать без проповедующего? И как проповедовать, если не будут посланы?»» (Рим 10, 14–15). (SC 9)

Думаю, что все вышеизложенное позволяет заключить: катехизация как призыв ко Спасению стремится к тому, чтобы человек принял спасение через таинства. В нынешнем мире перед Церковью стоит важная задача: сформировать человека, способного на воспоминания и служение, радующегося хвалению и созерцанию. Помочь ему открыться тайне, которая присутствует в литургии. Для этого необходима катехизация, которая повела бы человека к самому существенному в нашей вере, к передаче фундаментальных истин нашего Символа веры. Но одного этого не достаточно, еще необходимо литургическое образование, или мистагогика. В Катехизисе Католической Церкви об этом говорится так: «Идя от видимого к невидимому, от знака к сути, от «таинств» к «тайнам», литургическая катехизация стремится ввести в тайну Христа (она есть «мистагогия», то есть введение в таинство»)». ККЦ 1075

В этом смысле у нас есть живой пример: начало понтификата Бенедикта XVI. Особым образом проповедь, произнесенная им на площади Св. Петра в начале служения, была мистагогической проповедью, в которой понтифик просто прокомментировал, помимо библейских текстов дня, элементы службы: литании к святым, патиру и кольцо рыбака.

Сколько раз мы слышали подобные заявления: «Мне Месса ни о чем не говорит, она кажется мне однообразной». Необходимо, чтобы с самого начала катехизации катехумен получал базовые знания, позволяющие ему участвовать в Мессе, наслаждаться близостью того таинства, через которое нам дается бесплатное Спасение. Нечто похожее происходит и с языками: я не могу понять смысл сообщения, которое вы мне хотите передать, например, на китайском языке, если не знаю этого языка.

Литургия, как мы помним из документов II Ватиканского собора, это центр жизни Церкви, то, что свято. Поэтому она не может быть использована лишь в качестве инструмента на службе у какой-нибудь другой цели, даже если это цель такая важная, как социальная служба, или, собственно говоря, сама евангелизация. Если бы мы так поступили, то стали бы свидетелями того, как литургия утратила бы свою собственную силу таинства, милости, спасения и перестала быть подлинной литургией.

Вместе с тем литургия, отслуженная с желанием стать верными служителями дару, который нам дается, превращается в инструмент, который сам трансформирует человека. Возвращаясь к начальной цитате из конституции Sacrosanctum Concilium: литургия является источником, из которого исходит вся сила Церкви, то есть сама по себе литургия содержит евангелизаторскую силу, направленную на ныне живущего человека.

Так задумаемся же над тем, что литургия вмещает в себя опыт и мудрость двух тысячелетий существования Церкви, которая старается в присутствии Святого Духа преобразовывать всегда краткое изречение в реальность: lex orandi, lex credendi («закон молитвы – закон веры»). По молитве проверяется наша вера. Посмотрите внимательно на то, как Церковь служит службу, и вы встретитесь с полным содержанием любой катехизации.

Если мы заглянем в самое сердце Евхаристии, мы встретимся с Евхаристической молитвой, с катехизисом Троицы, проявлением Триединого Бога через жертву Христа на кресте, являющейся жертвой Отцу в Святом Духе и вводящей в мистерию Пасхи. Вместе с этим Евхаристическая молитва указывает нам на то, что благодаря этой Пасхальной мистерии, христиане становятся сыновьями, которые могут обращаться к Богу словами нашего Отца. Если мы вместе будем молиться Богу, называя Его Отцом, то рядом с собой мы уже не увидим друга, родственника или незнакомца, а будем лицезреть брата, и потому сможем скрепить наше братство рукопожатием. Как ученики по дороге в Эммаус, мы сможем узнать воскресшего Христа в преломлении хлеба, и поэтому мы взываем к Нему в молитве: «Агнец Божий, берущий на себя грехи мира, помилуй нас…».

Мне кажется, что если мы еще внимательнее взглянем на литургию в ее текстах, в ее ритуалах, в ее молитвах (так же как я хотел показать и в случае с Евхаристической молитвой), мы определенно обнаружим материал, необходимый для катехизации.

Поэтому постараемся жить и служить в верности этому центральному действию Церкви, которым является литургия, и еще раз убедимся в том, что она сама, или другими словами, Христос в ней, трансформируется в источник, так необходимый сегодняшней евангелизации.

о. Франсиско Тейхейро Гарсиа

Иллюстрация: www.sspatroni.org

Источник: Католический катехетический журнал «Радуга», №1 2009

(чтобы оформить подписку, кликните баннер)

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

Notify of
avatar
wpDiscuz