В чём суть христианской медитации?

Суть медитации заключается в молитвенном искании: оно начинается с какого-то священного текста или образа и исследует волю, знаки и присутствие Бога.

Нельзя «читать» святые образы и тексты, как читают заметки в газете, которые меня непосредственно не затрагивают. Следует размышлять над ними, то есть возносить своё сердце к Богу и говорить Ему, что я сейчас полностью открыт навстречу Богу, открыт тому, что Бог через прочитанное и увиденное хочет сказать мне. Наряду со Священным Писанием есть много текстов, которые приводят к Богу и пригодны для молитвенных размышлений.

* * *

МЕДИТАЦИЯ (от лат. meditatio – размышление) – духовное упражнение, в котором человек должен найти себя (и Бога). Медитации практикуются в различных религиях и культурах. Христианство знает и ценит много разнообразных медитативных упражнений, однако отвергает те практики, которые обещают соединение с Богом или Божественным в результате определённой медитационной техники.

* * *

«Будет ли наша молитва услышана, зависит не от количества слов, но от усердия нашей души» (Св. Иоанн Златоуст).

* * *

См. также ККЦ 2705–2708

Чего христианин может достичь благодаря медитации?

Христианин ищет в медитации тишины, чтобы ощутить близость Бога и обрести мир в Его присутствии. Он надеется ощутить Его присутствие как незаслуженный дар Его благодати; но он не ожидает, что это будет результатом какой-то определённой техники медитации.

Медитация может быть важным подспорьем для веры, и для укрепления и становления человеческой личности. Однако техники медитации, которые обещают познание Бога или даже соединение души с Богом, являются обманом. Многие люди из-за таких лживых обещаний уверены, что Бог покинул их, потому что они Его не чувствуют. Но Бога нельзя заставить снизойти к человеку какими-то определёнными методами. Он отдаёт Себя нам тогда и так, когда и как Он этого пожелает.

* * *

Что такое внутренняя или «созерцательная» молитва?

Созерцательная молитва – это любовь, молчание, слушание слова Божия и присутствие перед Богом.

Для созерцательной молитвы необходимы время, решимость и прежде всего чистое сердце. В ней смиренное и нищее существо предает себя Богу, и благодаря вере в любовь и стремлению всем сердцем искать своего Господа обретает перед Ним свое подлинное лицо. Внутреннюю молитву также часто называют молитвой сердца и созерцанием.

* * *

«Не многознание насыщает душу и даёт ей удовлетворение, а созерцание и оценка вещей» (Св. Игнатий Лойола).

«Я смотрю на Него, а Он на меня» — ответ крестьянина Арсскому Кюре, когда тот спросил его о молитве.

* * *

См. также ККЦ 2709–2719, 2724

Почему молитва иногда похожа на борьбу?

Духовные учителя всех времён описывали возрастание в вере и в любви к Богу как духовную борьбу за жизнь или смерть. И эта битва происходит в духовной жизни человека. Оружие христианина – молитва. Мы можем пасть от нашего себялюбия, потерять себя в ничтожных делах – или обрести Бога.

Часто человек, желающий молиться, должен сначала побороть свою апатию, недостаток воли. Еще отцы-пустынники сталкивались с духовным безразличием и унынием (акедия). Нежелание искать Бога является большой проблемой в духовной жизни. К тому же и дух времени не видит в молитве никакого смысла, а наш загруженный график не оставляет ей места. Поэтому следует также бороться с искусителем, предпринимающим всё, чтобы отвратить людей от обращения к Богу. И если бы Бог не хотел, чтобы мы обрели Его в молитве, мы бы никогда не выиграли эту битву.

* * *

«Пока мы живём, мы боремся, пока мы боремся – это признак того, что мы не побеждены и что в нас живёт благой Дух. И если смерть застанет тебя не победителем, то хотя бы признает тебя борцом» (Св. Августин).

* * *

См. также ККЦ 2725–2752

Может быть, молитва – это разговор с самим собой?

Молитву отличает именно переход от Я к Ты, от сосредоточения на самом себе к решительной открытости. Кто действительно молится, может узнать, что говорит Бог – и что Он часто говорит совсем не так, как мы этого хотим и ожидаем. Опытные молитвенники рассказывают, что часто человек завершает молитву не таким, каким он её начал. Иногда ожидания оправдываются: был печален – обрёл утешение; не было доверия – обрёл новые силы. Но может случиться и так: я хотел забыть о заботах, а оказался в ещё большем беспокойстве; хотел, чтобы оставили в покое, а вместо этого я получил новую задачу. Истинная встреча с Богом, которая всегда происходит в молитве, может в корне изменить наши представления как о Боге, так и о молитве.

* * *

«Молиться – значит больше слушать, чем говорить. Созерцать – значит больше быть созерцаемым, чем смотреть самому» (Карло Каретто (1910–1988), итальянский писатель, мистик, монах конгрегации Малых братьев Евангелия).

* * *

Что делать, если я вижу, что молитва не помогает?

Молитва не стремится в первую очередь к успеху, в ней мы ищем воли Бога и стремимся к близости с Ним. Как раз в кажущемся молчании Бога скрывается приглашение сделать следующий шаг – к полной самоотдаче, безграничной вере, бесконечному ожиданию. Молясь, мы должны предоставить Богу полную свободу говорить, когда Он захочет; давать нам то, что Он захочет, и дарить себя, как Ему угодно.

Мы часто говорим: я молился – и это не помогло. Может быть, мы молимся недостаточно интенсивно. Так, святой Арсский Кюре (св. Иоанн Мария Вианней) спросил как-то раз своего жаловавшегося на неудачу собрата: «Ты молился – ты воздыхал .. . а постился ли ты, бодрствовал ли ты?» А может быть и так, что мы просим у Бога что-то недолжное. Святая Тереза Авильская однажды сказала: «Молись не о лёгком бремени, молись о крепком хребте!»

* * *

«Все трудности в молитве от того, что мы молимся, как будто Бога здесь нет» (Св. Тереза Авильская).

* * *

«Желаете – и не имеете; убиваете и завидуете – и не можете достигнуть; препираетесь и враждуете – и не имеете, потому что не просите. ПрОсите, и не получаете, потому что прОсите не на добро, а чтобы употребить для ваших вожделений» (Иак 4,2-3)

* * *

См. также ККЦ 2735–2737

Что делать, если во время молитвы ты ничего не чувствуешь или, более того, ощущаешь нежелание молиться?

Рассеянность во время молитвы, чувство внутренней пустоты и сухости, даже нежелание молиться – всё это известно каждому молящемуся. В этом случае сохранение верности уже само по себе становится молитвой.

Даже св. Тереза из Лизьё долгое время не могла ощутить любовь Бога. Незадолго до её смерти к ней ночью пришла её сестра Селина. Она увидела, что руки Терезы сложены для молитвы. «Что ты делаешь? Ты должна попробовать заснуть», – сказала Селина. «Я не могу. Я слишком сильно страдаю. Но я молюсь», – ответила Тереза. «И что ты говоришь Иисусу?» – «Я ничего не говорю Ему. Я Его люблю».

* * *

«Лучшее лекарство от духовной сухости состоит в том, чтобы поставить самих себя в положение нищего в присутствии Бога и святых. И, как нищий, идти от святого к святому и просить о духовной милости с той навязчивостью, с которой нищие на улицах просили бы о подаянии» (Св. Филипп Нери (1515–1595), итальянский священник, выдающийся церковный деятель).

* * *

См. также ККЦ 2729–2733

Может быть, молитва – это бегство от действительности?

Кто молится, не бежит от действительности; он скорее открывает глаза на реальность в целом. От самогO Всемогущего Бога он получает силу, чтобы справиться с действительностью. Молитва словно заправочная станция, где мы бесплатно получаем энергию на весь долгий путь и трудные вызовы. Молитва не выводит за пределы реальности, но, скорее, глубже погружает в неё. Молитва не отнимает время, а удваивает оставшееся время, наполняет его внутренним смыслом.

* * *

«Духовность христиан не может заключаться ни в бегстве от мира, ни в деятельности, которая меняется с каждой новой модой. Проникнутая Святым Духом, духовность способна преображать мир» (Св. Иоанн Павел II).

«Исполняйтесь Духом… благодаря всегда за всё Бога и Отца, во имя Господа нашего Иисуса Хриса» (Еф 5, 18–20).

Источник: Катехизис Католической Церкви (день за днём)