В воскресенье, 3 апреля, Папа Франциск отслужил торжественную Святую Мессу в праздник Божьего Милосердия на площади святого Петра. Фотографиями с Мессы и свидетельством об участии в этом торжестве поделилась католичка из Санкт-Петербурга Любовь Сумина.

На подлете к Риму, рассматривая с высоты приметы очередного европейского мегаполиса, совершенно не думала о том, куда же лечу, взгляд скользил от одной крыши к другой, и вдруг меня подбросило – увидела знакомую по многим источникам картинку, тот самый Собор, та самая Площадь – сердце нашей Церкви. Задохнулась от радости узнавания и уже не могла дождаться встречи.

Паломники начинают собираться на площади раньше семи, чтобы занять места получше, а Месса-то в половине одиннадцатого! Кто-то поет или играет, размахивает флагом, монахи и монахини разных цветов читают бревиарий и молятся, молодежь обнимается, скандирует речёвки, все всё бесконечно фотографируют и фотографируются, когда из левых ворот выходит толпа священников, занимающих места сбоку от алтаря, на местах напротив начинается шум: вот, вот — это наш пошел! Оба крыла начинают друг другу улыбаться, махать и фотографироваться через красную алтарную дорожку.

Певчие начинают распеваться, хотя больше слышно паломнические хоры, которые стараются перепеть друг друга. Был даже один оркестр, и все это общее радостное возбуждение в ожидании праздника несколько часов копится, копится, взлетает пулеметным крещендо фотоаппаратов на Входе и вдруг разбивается о тишину, когда начинает звучать голос Понтифика, произносящего вступительную молитву. Театр заканчивается, начинается жизнь.

И в этой жизни все не так радостно. Смотреть, насколько тяжело Папе двигаться, было больно, невозможно было отвлечься от контраста… Как же так, ведь на всех медийных носителях он такой веселый, жизнерадостный – прямо огурчик! А здесь? С трудом поднимается по ступенькам, тихо произносит слова, голос дрожит и никакой улыбки. И начинаешь задумываться: а что на самом деле заставляет делать этого пожилого человека все эти бесконечные шокирующие общественность жесты, что он хочет этим сказать, что донести… и уже не можешь судить поверхностно, свысока. На плечах Папы (уж простите мне этот штамп) ощущается груз Церкви, и ноша эта, очевидно, тяжела. Но когда начинается проповедь, Франциск меняется, выпрямляется, опершись на амвон, поднимает голову и смотрит людям в глаза, интонируя фразы и жестикулируя. И заметно, как люди опускают свои телефоны/планшеты и начинают, наконец, слушать, площадь затихает…

Проповедь Папы Франциска в праздник Божьего Милосердия

И с удвоенной силой площадь взрывается после Причастия. После пяти часов ожидания все получают заряд энергии. Папа разоблачается и вдруг начинает всем улыбаться, жать руки и здороваться с людьми — теперь это уже «знакомый» Франциск. Очень трудно удержаться от смеха, когда смотришь на епископов, делающих «селфи с Папой», паломников, влезающих на стулья и орущих «Папа! Папа! Папа!», монахинь, пытающихся упросить охранника пропустить их поближе — все это похоже на детский праздник, а потом Папа садится в автомобильчик, и шум достигает крещендо.

Дом. Сердце Церкви – основное чувство, захватившее меня и не оставляющее, а вокруг — Рим, который за тысячелетия не изменился: все тот же недовольный чем-то народ, жрецы, стражники, храмы, попрошайки… ничего не поменялось, потому что не изменились люди. И Слово Христа по прежнему обращено к нам – ко всем, живущим в своей, такой обычной истории, которая, да, еще не написана. И какой она будет, зависит только от нас. Мы можем сколько угодно сетовать и жаловаться, ругаться и порицать, даже проклинать, когда накал недовольства переходит границы терпения, но никто не проживет за нас нашу жизнь, никто, даже Бог, потому что Любовь Бога предоставляет нам бесконечную свободу выбора. Становится страшно от такой ответственности.

Милосердие Божье пронизывает этот мир неиссякаемым потоком, оно бесплатно и доступно каждому в равном и нескончаемом объеме, любой человек имеет право произнести «уповаю на Тебя!», потому что Ты даровал нам это право своей Крестной жертвой. Что же выберем мы? Ответим ли на призыв, шагнем ли дальше? Если любому даровано в избытке, должен ли отдавать каждый, сколько должна отдавать я… и чем?

Свидетельством — говорит Папа. История пишется каждым из нас и никто не знает, что будет завтра, но долг по бесконечному кредиту можно начать отдавать уже сегодня. Франциск говорит о маленьких жестах милосердия и любви к другим, призывает христиан к радостному свидетельству, к написанию собственной истории следования за Христом в свете Его откровений, в свете бесконечной Любви Божьей.

Да, очень многое можно написать о милосердии и его проявлениях, и каждый напишет что-то свое, для меня же это паломничество стало прикосновением к церквям разных стран. Я увидела, что основная сегодняшняя беда у этих церквей общая – усиливающееся (под напором мира) настроение мирян, что «все плохо, все бессмысленно, не буду ничего делать!» – скепсис и негативизм в противовес надежде и радости. Это отношение распространяется, отравляет и приносит свои печальные плоды в том числе и в Церкви… вечером, после теракта в Брюсселе я зашла в две местные церкви и они были абсолютно пусты. Это испугало больше, чем взрывы. Холодная пустота и тишина – как пророчество. Именно в тот момент я поняла важность молитвы о мире и о Церкви, и что начинать надо сейчас, но как молиться, если испытываешь постоянное недовольство? Бороться с унынием и бессилием в себе, в первую очередь.

В последний год слышу много критики в адрес нашей Церкви, иерархов и священников, часто для этого есть веские причины, но… мне очень хочется призвать всех нас к милосердию и активной помощи. Молитва — наше оружие и инструмент. Если МЫ не будем проявлять нашу любовь к Матери Церкви в регулярной и настойчивой молитве (а лишь изощряться в критических обзорах, уходах, недовольном фырканье, а то и саботаже), не будет ничего. Одни «ОНИ» не справятся, и очень скоро мы получим пустоту и холод там, где пока еще горит огонь. Для его поддержания не нужно никаких массовых демонстраций или героических деяний, достаточно малых дел с улыбкой в своем родном приходе, доброго «сил вам, отец!» при встрече, молитвы за семинарию… и по капле, свет будет просачиваться в наши сердца – прежде всего, в наши собственные, потому что, чем больше отдадим, тем больше получим.

Нам хочется радости и праздника, так давайте молиться за семинаристов и послушниц, за священников и монахинь, за храмы и за пожертвования – пусть Господь помогает там, где так нужна Его помощь. Давайте прощать обиды и дарить милосердие нашей Матери, а через молитву за Церковь Господь исцелит и нашу боль за нее, мир изменится.

Там, на площади Святого Петра, можно увидеть множество молодых смеющихся лиц, огромное количество молодежи, уже выбравшей посвященную жизнь, и всем им нужна помощь и поддержка, как и священникам в летах, пожилым монахиням, монсеньорам в кружевах и нашему усталому Папе. Легко оказывать «маленькие жесты милосердия» кому-то незнакомому и дальнему… и как же трудно проявить действенную любовь к тому, кто рядом, бесконечно важен и дорог, но часто разочаровывает, порядком надоел или просто немыслимо достал.

В минуту тишины после Причастия так легко и тепло было молиться за нашу страну, нашу церковь, родных и друзей в сердце Церкви, но разве это настроение должно зависеть от места? Где сокровище ваше, там и будет сердце ваше. Каждый день в миллионах церквей зажигается Свет, и миллионы сердец обращаются к Тебе со своими бедами и надеждами, Господи, научи нас быть христианами, научи нас любить так, как Ты возлюбил нас. В этом году научи меня быть милосердной! Аминь.

Любовь Сумина

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

Notify of
avatar
wpDiscuz