Продолжаем разбор итогового документа Предсинодальной встречи молодёжи. Полный текст двенадцатого пункта под названием «Молодые лидеры»:

Церковь должна включать молодежь в процессы принятия решений и предлагать ей больше лидерских ролей. Эти роли должны предлагаться на уровне приходов и епархий, на национальном и международном уровнях, даже в ватиканских комиссиях. Мы знаем, что готовы стать лидерами, которые могут возрасти и могут быть научены старшим поколением в Церкви: как клиром, так и мирянами. Нам необходимы специальные программы по развитию лидерства для укрепления и развития. Некоторые молодые девушки и женщины чувствуют, что в Церкви для них недостаточно лидерских моделей, а они тоже хотят привносить в Церковь свои интеллектуальные и профессиональные умения. Мы также убеждены, что семинаристы и священники должны иметь больше возможностей для сопровождения молодежи.

Помимо институционального поля, мы хотим быть радостными миссионерами, энтузиастами внутри Церкви. Мы также особенно хотим отметить явную потребность в креативном голосе. Креативность часто выражается в музыке, литургии и искусстве, но до тех пор, пока все креативные начинания полностью контролируются старшим поколением в Церкви, это просто неиспользуемый потенциал.

Существует также и потребность в большем количестве общин, где молодые люди могли бы разделять радости и горести, делиться проблемами и свидетельствами. Часто такие общины уже появляются по инициативе мирян, различных движений и объединений. Но они нуждаются в большей поддержке, официальной и финансовой.

Молодая Церковь также смотрит и вовне. Молодые люди заинтересованы в политике, гражданском обществе, гуманитарных инициативах. Они хотят действовать как католики в публичной сфере для укрепления общества в целом. Во всех этих аспектах молодые католики желают быть сопровождаемы и поддерживаемы Церковью; они хотят, чтобы их воспринимали всерьез, как ответственных членов Церкви.

Перевод с английского: Николай Сыров

Над двенадцатым пунктом размышляет Олег Котов:

Призыв вовлекать молодежь в организацию церковной жизни мне очень близок. В самом начале своего пути в Церкви — тогда мне было двадцать лет – мне повезло встретить православного священника, который открыл для меня и других молодых людей красоту Евангелия. Под его руководством мы встречались молодежным кружком и вместе читали Библию. На этот кружок меня пригласил брат, я сначала не хотел идти, но, придя, сразу был так захвачен Евангелием от Марка, что спустя год уже сам помогал вести встречи по Евангелию от Матфея, при этом ни разу в жизни еще не читав Евангелие от Иоанна. Конечно, это звучит нелепо и, наверняка, тогда выглядело наивно, но главным в этой истории был сам метод доверия, который избрал этот священник. Ведь нет ничего лучше, чтобы что-то понять, чем начать это преподавать. Он увидел потенциал и дал возможность раскрыть его, несмотря на всестороннюю незрелость.

Позже я углублял знания св.Писания в библейском колледже «Наследие», где И. Я. Гриц сумел нам привить именно любовь к чтению Святого Писания. Надо сказать, что большая часть православной интеллигенции, во многом последователи о. Александра Меня, является очень библейской средой. Перейдя в Католическую Церковь, я был рад наличию системной катехизации и прекрасному катехизису, однако, после библейской православной среды мне бросилось в глаза, насколько мало внимания на катехизации уделяется Писанию. Хотя сам ККЦ пропитан ссылками на Библию, но вероучительная часть явно заслоняла живые библейские истории, эти ссылки оставались мертвыми указателями. В последствиях этого я ни раз убеждался во многих разговорах даже с опытными католиками, которые едва могли вспомнить базовые библейские рассказы, было очевидно, что они этим не живут, им просто не передали живой интерес к Писанию.

Таким образом, в самом начале своего пути в Католической Церкви – мне тогда было двадцать пять – я горел желанием как-то модернизировать катехизацию, привнести в нее свежую струю того, что я получил в дар от Православной Церкви, что сам полюбил. Однако со временем я убедился, что все это исходит только от меня, что это «мой проект», который от части отражает мои личные амбиции, хотя и любовь к Святому Писанию там тоже была. В результате, не встретив интереса со стороны тех, кто отвечал за катехизацию, и поняв, что я, видимо, просто попался на искушение собственной важности и нужности, я решил похоронить эту идею, по крайней мере, на время.

Новый этап в моей жизни в Церкви (мне как раз исполнилось тридцать лет) начался с предложения нашего епископа помогать в организации молодежных встреч. В этих организационных встречах меня поразило, насколько епископ готов доверять нам до конца во всем том, что поручает сделать. Особенно это проявилось во время нашего паломничества прошлым летом в Сантьяго-де-Компостела. В самом начале пути неожиданно выяснилось, что человек, который должен был вести группу, не смог приехать, и меня попросили быть впередиидущим. Я этим маршрутом ни разу не ходил, у меня была только грубая карта на мобильном телефоне и желтые стрелки на асфальте, но то, что меня поразило, насколько епископ полностью доверял всем моим решениям (где и когда остановиться, куда повернуть в неочевидной ситуации), являя собой пример полного послушания. Этот путь для меня стал настоящим образом Церкви, где каждый имел свою ответственность и учился ждать и любить ближнего.

Интересно, что это тот самый метод доверия, который Бог начал от сотворения Адама, продолжил во Христе с Апостолами, и который я встретил в православном священнике и в нашем владыке. Это метод свободы и ответственности, того бескорыстного доверия, которое порождает взаимное доверие и желание вовлекаться в этот совместный путь. Можно сказать, этим методом и живет Церковь. Поэтому призыв данного документа больше доверять молодым быть лидерами в церковной жизни глубоко соответствует природе Церкви. К сожалению, не всем удается этот метод передавать. Иногда священники просят им доверять только потому, что они священники, но при этом сами не проявляют взаимного доверия, стараясь всех контролировать и брать все на себя. Такое поведение, конечно, не добавляет энтузиазма, и, столкнувшись с таким подходом, особенно чувствительная к правде молодежь часто уходит из активной церковной жизни.

Желание быть лидерами в Церкви, которым наполнен весь этот пункт документа, само по себе прекрасно, так как означает зрелое самосознание, переход от позиции потребления религиозных услуг к деятельной любви. Однако, очень важно направить это желание в здоровое русло. По себе знаю, что оно может быть искажено попытками подчеркнуть свою важность и нужность, амбициями церковного карьеризма, желанием устроиться в жизни за счет Церкви, выбивая деньги под свои проекты. Ключевым критерием здесь является то, за кем я следую. Если за собой и своими планами на церковное лидерство, это может принести много бед для Церкви, и в итоге все рухнет с треском («и было падение его великое»). Если за тем, что предлагает Бог через Церковь, то я ничего себе не придумываю, не строю из себя того, кем не являюсь, тогда это принесет много плода. Разумеется, для этого важно взаимное доверие пастырей и прихожан, дающее пространство для свободы и ответственности каждого. Это сыновнее следование за тем, что предлагает Бог через конкретных членов Церкви, воспитывает настоящих лидеров, потому что невозможно быть хорошим отцом, не являясь хорошим сыном.

Фото: dowym.com

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о