Продолжаем разбор итогового документа Предсинодальной встречи молодёжи. Полный текст седьмого пункта под названием «Вера и Церковь»:

Для многих молодых людей вера стала скорее частным, а не общинным делом, и негативный опыт, который некоторые пережили в Церкви, этому способствовал. Есть много молодых людей, которые строят отношения с Богом исключительно на личном уровне, «духовных, но не религиозных” или сосредоточенных только на отношениях с Иисусом Христом. Для некоторых Церковь представляет культуру, которая в большей степени ориентирована на тех, кто включен в ее институциональную жизнь, а не на личность Христа. Другие молодые люди считают религиозных лидеров отстраненными и более сосредоточенными на управлении, чем на строительстве общины. Третьи считают Церковь ненужной. Может показаться, что Церковь забывает: Церковь — это люди, а не здания. Для других молодых людей в таких местах, как Африка, Азия и Латинская Америка, а также в различных общемировых движениях Церковь очень близка; даже некоторые молодые люди, которые не живут по Евангелию, ощущают связь с нею. Чувство принадлежности и семьи поддерживает этих молодых людей на их пути. Без якоря общинной поддержки и принадлежности они могут ощущать себя изолированными перед лицом проблем. Есть много таких, кто не чувствует необходимости быть частью церковной общины и находит смысл в своей жизни вне Церкви.

К сожалению, в некоторых районах мира молодежь покидает Церковь в больших количествах. Понимание, почему это происходит, имеет решающее значение для продвижения в решении этой проблемы. Молодые люди, которые не связаны с Церковью или покидают ее, делают это, пережив безразличие, осуждение и неприятие. Можно прийти на Мессу, участвовать в ней и уйти, не испытав чувства общности или семьи как тела Христова. Христиане исповедуют живого Бога, но некоторые посещают Мессу или принадлежат к общинам, которые кажутся мертвыми. Молодежь привлекает радость, которая является отличительной чертой нашей веры. Они желают увидеть Церковь, которая является живым примером того, чему она учит, и быть свидетелями подлинного пути к святости, который включает в себя признание ошибок и просьбу о прощении. Молодые люди ожидают, что руководители Церкви — пресвитеры, монашествующие и миряне — будут самым ярким тому примером. Знание о подлинности и уязвимости моделей веры позволяет молодым людям свободно быть такими же самим. Не для того, чтобы разрушить святость служения, но чтобы вдохновляться на пути к святости.

Во многих случаях молодым людям трудно найти место в Церкви, где они могли бы активно участвовать и руководить. У них есть опыт Церкви как места, где их считают слишком молодыми и неопытными, чтобы управлять или принимать решения, поскольку они могут только совершать ошибки. Существует необходимость, чтобы молодым людям доверяли вести и быть главными действующими лицами в своем духовном пути. Не чтобы подражать старшим, но чтобы по-настоящему брать на себя ответственность и миссию. Движения и новые общины в Церкви разработали не только плодотворные способы  евангелизации молодых людей, но и практику наделения их полномочиями быть основными послами веры для своих сверстников.

Еще одна распространенная проблема, которая существует для многих молодых людей, — неясная роль женщин в Церкви. Если молодым людям трудно испытать чувство принадлежности и лидерства в Церкви, то это вдвойне верно для женщин. Поэтому будет полезно, если Церковь не только четко заявит о роли женщин, но и поможет молодым людям изучать и лучше ее понимать ее.

Перевод с английского: Оксана Пименова

Над седьмым пунктом размышляет Николай Сыров:

Я проглотил текст целиком в тот же день, когда он вышел. Я был приятно удивлен тем, как точно (путь и отрывочно порой) ребята обратили внимание на очень простые, но важные проблемы. И все они сводятся к несовпадениям. Вот есть у молодого человека видение мира, себя, Христа. И есть Церковь. И они почему-то в его глазах идут мимо друг друга, они не совпадают. Даже когда у человека есть весьма прочные личные взаимоотношения со Христом, Церковь зачастую может оказаться вне его представлений о том, что служит его духовному росту.

Почему? Это очень важный вопрос. Ответ на него способен указать и на причины массового ухода молодежи из Церкви во многих регионах мира. Об этом в документе сказано максимально прямолинейно. Более того, там даже даны конкретные предложения, как можно вернуть молодежь в Церковь. Не в здание на какой-то улице какого-то города, а в Тело Христово. И я готов подписаться под этими предложениями, потому что я и сам чувствую именно так.

Когда я присоединился к Католической Церкви два года назад, я не мыслил категориями общины, лидеров, сообщества. Я обретал место, в котором я чувствовал себя максимально открытым для Христа. Но довольно быстро я начал замечать вещи, которых мне не хватает. Мне не хватало понимания того, что священник в храме – не далекий от меня служитель культа, облаченный в одеяния, полномочия, священные обязанности. Я не чувствовал, что священник – такой же ровным счетом человек, как я. Или он не такой же? Уязвимый ли он? Грешный ли? Со своими тараканами? Дистанция – вот, что казалось непреодолимым. Не то чтобы мне хотелось набиваться в друзья к священникам, совсем нет. Но речь ведь не об этом, речь о дистанции духовной, об отстраненности. Чем больше дистанция между мирянами и священником, тем хуже связь и между самими мирянами. А когда теряются связи, распадается община, она становится разрозненной, незаинтересованной. Проще говоря, она становится инертной. Ничего кроме отправления культа и не остается. А это уже не Церковь, это просто здание для религиозных услуг. Я убежден, что священник может и должен беречь и лелеять связь с паствой, следить за ее прочностью, прозрачностью, открытостью. Так он может стать лидером. А для молодежи наличие лидера бесконечно важно. В скольких приходах у нас есть настоящие лидеры?

Только лидер может рождать других лидеров. Двумя путями: либо негативными действиями спровоцировать появление антилидера, либо положительными действиями и делегированием проложить путь для возрастания. Второй способ предпочтительнее, верно? Я пришел в Церковь в 27 лет. Где я мог себя там применить? Собственно говоря, нигде. Все сводилось к личной инициативе, но и она часто оказывается невостребованной. Это печальный факт. Священник может и должен быть лидером, который поощряет инициативы своих прихожан, следит за ними, советует, иногда направляет, а иногда и просит остановиться. Молодежи важно чувствовать себя нужной, инициативной, активной. Молодые люди готовы служить Христу и Церкви во многих областях. Но им нужно дать понять, что это приветствуется, что им рады. Я убежден, что, сделав так, мы сможем увидеть в храмах гораздо больше молодых людей, чем видим сейчас. И я рад, что в итоговом документе Предсинодальной встречи молодежи об это сказано прямо.

На занятиях по углублению веры часто говорят о том, что каждый католик-мирянин – миссионер и пророк. Об этом говорит и Папа Франциск. Стоит понимать и помнить, что это касается и священников каждого прихода без исключения. Вопрос о призвании у молодёжи есть, он никуда не пропал. Но нужно приложить усилия, чтобы помочь молодым людям открыть ответ на этот вопрос, направить и дать возможность принести плод.

Фото: farodiroma.it

Отправить ответ

avatar
  Subscribe  
Notify of