Сегодня исполняется 116 лет со дня рождения Клайва Стейплза Льюиса,  английского писателя, учёного и богослова, посвятившего всю свою жизнь и творчество призыву встать в истине, отказаться от зла и сделать окончательный выбор в пользу добра.

Наибольший успех Льюису как писателю принёс цикл детских фэнтезийных книг под общим названием «Хроники Нарнии». С самого момента их выхода появилось расхожее мнение, что цикл был изначально запланирован автором как своеобразный увлекательный катехизис для детей. Ведь противостояние добра и зла в волшебной стране Нарнии так очевидно, положительным героям приписаны христианские добродетели, отрицательные же, напротив, отвратительны и порочны, как и положено истинным служителям зла. И, наконец, самый веский аргумент – воскресение льва Аслана, олицетворяющего идеал любви, жертвенности и мудрости в этом произведении. В нём не только современники Льюиса, но и читатели всех последующих десятилетий, вплоть до наших дней, легко узнают образ Христа распятого и воскресшего, Христа Царя, Христа Победителя. Тем не менее, сам Льюис категорически отрицал, что целью книги было знакомство детей – её будущих читателей – с христианством. «Изначально не планировалось ничего, связанного с христианством, — писал Льюис, — этот элемент проявился как бы сам по себе».

Разумеется, он не мог не проявиться, ведь сэр Клайв Стейплз Льюис был преданным сыном англиканской Церкви, дружил с истовым католиком Дж. Р. Р. Толкином (безусловно, эта духовная связь была для него важна и наложила отпечаток на весь его жизненный и творческий путь) и написал, помимо знаменитых «Хроник Нарнии», добрый десяток произведений религиозной тематики.

Одно из первых хронологически и ярчайших по своей сути – повесть «Письма Баламута» (1942), сочиненная в форме писем, обращенных старым опытным бесом Баламутом к своему племяннику, ещё молодому и неопытному искусителю Гнусику. Баламут даёт сотни практических советов, как правильно искушать его подопечного и предостерегает племянника, открывая истинное положение дел в борьбе добра и зла за душу человека. «Нужно твёрдо усвоить, что все разговоры о Его любви к людям и о том, что служение Ему – подлинная свобода, не просто пропаганда (как нам хотелось бы думать), а ужасающая правда», — пишет старый бес. – «Нам нужно стадо, которое станет нам пищей. Он хочет служителей, которые станут Ему сыновьями. Мы хотим проглотить, Он – отдавать. Мы пусты и хотим насытиться. Он – полнота, неистощимый источник».

Изложить основы христианской веры в посланиях, написанных от беса к бесу, – удивительная находка Льюиса. Когда Баламут призывает Гнусика внушать подопечному, что плохое хорошо, а хорошее плохо, совесть читателя возмущается, и мы видим с поразительной ясностью софистику, к которой мы сами прибегаем в нашей духовной жизни, чтобы оправдать некоторые свои слова и поступки. Мы видим, как дьявол подталкивает нас разрушать целостность нашей личности: «Он может, с твоей помощью, прямо-таки получать удовольствие, думая о том, что у его жизни – две независимые стороны. Так, изменяя, по крайней мере, двум группам людей, он ощутит вместо стыда подсознательное самодовольство».

Пожалуй, самое ценное в этом произведении Льюиса то, что каждый христианин узнает себя в подопечном Гнусика на том или ином этапе духовной жизни: горение неофита, духовная засуха, пустыня, отчаянное упование на Бога, тоска о Нём, затруднения в молитве, неспособность свести воедино свою жизнь в Церкви и вне её… Льюис показывает, как каждый этот этап может стать риском падения или возможностью для роста, в зависимости от степени нашей осознанности и оттого, какой выбор мы делаем. Поэтому «Письма Баламута» справедливо будет назвать универсальным учебником духовной жизни для христиан всех поколений.

Углубляются эти идеи в книге «Расторжение брака» (1945), представляющей собой рефлексию о теории Уильяма Блейка, изложенной в «Бракосочетании Небес и Ада» (1793). В центре внимания Льюиса вновь оказывается противостояние добра и зла – вечная основа всех его произведений. И в этой книге писатель продолжает методично доказывать, что выбор между этими двумя силами неизбежен, что мы не можем быть целомудренными (то есть, целостными), пока не сделаем этот выбор. «Люди постоянно тщатся сочетать небо и ад, — пишет Льюис в предисловии. – Они считают, что на самом деле нет неизбежного выбора и, если хватит ума, терпения, а главное — времени, можно как-то совместить и то, и это, приладить их друг к другу, развить или истончить зло в добре, ничего не отбрасывая. Мне кажется, что это тяжкая ошибка».

Пребывание в истине – вот путь настоящего христианина. Это то, что повторяет Клайв Льюис во всех своих произведениях, то, к чему призывает читателей, то, ради чего разворачивает удивительные сюжеты и рисует выдуманные миры. В этих выдуманных мирах и героях мы всегда узнаем реальные личности – Бога Живого и врага рода человеческого, чья борьба реальна, и мы, христиане, не можем оставаться в стороне.

Анастасия Орлова

Источник: Русские католики

3
Отправить ответ

avatar
3 Цепочка комментария
0 Ответы по цепочке
0 Последователи
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
0 Авторы комментариев
Не прелюбодействуй: грехи против шестой заповеди | РУСКАТОЛИК.РФСоциальная справедливость и проблемы неравенства | РУСКАТОЛИК.РФВышло в свет первое христианское исследование творчества Толкина на русском языке | РУСКАТОЛИК.РФ Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
новее старее большинство голосов
Уведомление о
trackback

[…] Вера. Размышления о религии и Церкви ⦁ Дружба с Льюисом ⦁ Отношение к научной работе. Размышления о языке ⦁ […]

trackback

[…] «Ничто на самом деле не является нашим, пока мы этим не поделимся» (Клайв Стейплз Льюис). […]

trackback

[…] «Если кто-нибудь полагает, что отсутствие целомудрия христиане считают наивысшим злом, то он заблуждается. Грехи плоти – очень скверная штука, но они наименее серьёзные из всех грехов. Самые ужасные, вредоносные удовольствия чисто духовны: это удовольствие соблазнять других на зло; желание навязывать другим свою волю, клеветать, ненавидеть, стремиться к власти. Ибо во мне живут два начала, соперничающие с тем «внутренним человеком», которым я должен стремиться стать. Это – животное начало и дьявольское. Последнее – наихудшее из них» (Клайв Стейплз Льюис). […]