Главный астроном Ватикана – о звёздах, красоте и истине

Иезуит Ги Консолманьо, директор астрономической обсерватории Ватикана «Спекола» рассказывает о своей работе и о том, что делает эту обсерваторию уникальной.

«Вселенная, полная звёзд, достаточно велика, чтобы вместить в себя такие неосязаемый вещи как Истина и Красота», – утверждает директор Ватиканской обсерватории «Спекола», американский иезуит Ги Консолманьо. Для брата Консолманьо, который делится самыми теплыми воспоминаниями и рассказывает об уникальных особенностях маленькой обсерватории католического государства, наблюдение за звёздами естественным образом ведёт к «неизбежному признанию реальности Бога».

– Работу астронома, изучающего бесчисленные звёзды, люди обычно считают загадочной и захватывающей. А из чего состоит ваша работа как директора обсерватории?

– На самом деле, моя повседневная жизнь выглядит скорее обыденной и утомительной, чем захватывающей. Очень мало своих рабочих часов я провожу, гладя на звёзды – большую часть времени я смотрю в экран компьютера. Разумеется, половина тех, кто работает в «Спеколе» – теоретики, которые с помощью сложных компьютерных программ пытаются разгадать, как понимать тот материал, который приносят нам наблюдения.

Даже те из нас, кто использует телескоп, проводят на горе всего несколько недель в году и смотрят не в телескоп, а на изображения, сгенерированные компьютером на экране с камер телескопа. Остальное наше время посвящено «обработке данных», что означает устранение дефектов и пробелов ради извлечения из полученных изображений точных измерения того, насколько велики и насколько ярки те объекты, которые мы наблюдаем.

Что, однако, общего и у теоретиков, и у наблюдателей, так это необходимость описывать свои результаты на бумаге, чтобы их можно было представить на встречах и опубликовать в журналах. И нам нужно следить за теми работами, которые выполняют наши коллеги. Реальная работа и настоящая радость от работы приходят тогда, когда мы делимся своими открытиями с остальным сообществом учёных. Кроме того, у некоторых из нас есть особый талант передавать эти знания студентам или широкой аудитории через лекции и книги.

– Какой жизненный урок вы вынесли для себя из изучения Вселенной?

– Большинство из нас, включая меня самого, склонно жить в очень маленьком и плоском мире, в котором я сам являюсь центром, а другие две самые важные точки в нём – это кровать и холодильник! Но когда вы изучаете Вселенную или даже просто выходите ночью на улицу и с детской любознательностью поднимаете взгляд к звёздам, это напоминает вам, что Вселенная несравненно больше. Вселенная, полная звёзд, достаточно велика, чтобы вместить в себя такие неосязаемые вещи, как Истина и Красота. Вглядываясь всё дальше и дальше, мы в конце концов приходим к вопросу: «А почему это всё существует?» Или, повторяя слова Лейбница: «Почему существует нечто вместо ничто?» Такое созерцание естественным образом ведёт нас к неизбежному осознанию реальности Бога.

– Какое из воспоминаний за годы астрономической карьеры вам наиболее дорого?

– О, как много таких моментов! Поиски метеоритов в Антарктиде, моя первая студенческая работа, процитированная в популярном астрономическом журнале «Небо и телескоп», момент, когда в Новой Зеландии я впервые увидел двойную звезду-супергиганта Эта Киля… Но, возможно, совершенно особым был момент, когда я внезапно осознал, что одна из моих любимых теорий, идея, о которой я писал в своей статье в далёком 1978 году, которая десятилетиями цитировалась в научной литературе, была на самом деле (вероятнее всего) ошибочной! Я чувствовал себя в тот момент как Павел по пути в Дамаск.

Писатель Айзек Азимов, сам учёный, однажды заметил, что самое интересное, что можно услышать в лаборатории, это не слова: «Ура! Я нашёл!», но скорее: «Хм… это странно…». Понимание того, что Вселенная гораздо более странная, чем мы думали, и не вообще, а именно таким конкретным образом, который я могу исследовать более глубоко своими наблюдениями и расчётами, открывает дверь целому миру новых возможностей. Нет ничего более захватывающего, чем это!

– Вы – особый астроном, потому что вы ещё и иезуит. Ваша вера и ваша астрономическая наука как-то влияют друг на друга?

– То, что я иезуит, определённо изменило мой подход к занятиям наукой. Это напоминает мне, что цель моей работы – это не просто получить деньги, или славу, или покрасоваться перед соперниками. Я занимаюсь астрономией скорее ради той радости, которую она мне приносит, ради радости, которую я считаю доказательством присутствия Божьего.

И, с другой стороны, моя астрономия обогащает мою веру. Не скажу, что наука дала мне веру – вера была у меня и до того, как я стал учёным, но наука и созерцание мироздания дают мне понимание того, почему мне нужна вера. Только вера может придать смысл и объяснить значение той радости и красоты, с которыми я встречаюсь, когда обретаю большее понимание Вселенной и того, как она работает.

– Каково место Ватиканской обсерватории на мировой научной сцене?

– Члены Ватиканской обсерватории играют большую роль в международном астрономическом сообществе. Конечно, мы хорошие астрономы, учившиеся в тех же университетах и участвующие в тех же международных конференциях, что и наши коллеги. В наших отчётах вы можете найти сотни статей, которые члены обсерватории каждый год публикуют в научных журналах, практически во всех. Мы сотрудничаем с нашими светскими коллегами по всему миру.

Но, принадлежа Ватикану, мы не конкурируем с нашими коллегами за ограниченное государственное финансирование на исследования. Более того, Ватикан поощряет нас помогать в организации и администрировании организаций и встреч, на что другие учёные часто не имеют времени.

Ватикан является членом Международного астрономического союза (МАС – IAU), и члены нашей обсерватории избирались и избираются на должности в этой организации, включая президента, вице-президентов и секретарей разных комитетов и комиссий. Назову только два примера: о. Крис Корбалли был участником той комиссии, которая сформулировала определение понятия «планета», которое изменило статус Плутона. А я работаю в комиссии, которая даёт названия таким объектам, как кратеры и долины на поверхности планет. Я также избирался на один срок президентом Отдела планетарных наук Американского астрономического общества в 2006 году и президентом Метеоритного общества (каденция начнётся в 2025 году).

Нас также часто приглашают как членов советов или рецензентов для оценки заявок, поданных нашими коллегами учёными для получения финансирования для исследований в NASA, ESA (Европейское космическое агентство) и в другие национальные агентства, финансирующие космические исследования.

Один из наших уникальных способов вносить вклад в развитие астрономии – это наши международные летние астрономические школы, проводимые раз в два года. С 1986 года мы спонсируем четырёхнедельное собрание 25 студентов со всего мира для интенсивного изучения некоторых аспектов современной астрофизики под руководством лучших астрономов мира (включая нобелевских лауреатов). Выпускники проведённых нами школ теперь играют важную роль в современной астрономии.

Источник (англ.): Aleteia

Перевод: Наталья Проскурина

Фото: Antoine Mekary | ALETEIA

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии