Недавно с одним из друзей у меня возникла дискуссия на тему религии и культуры. И во время этой дискуссии мой знакомый как-то невзначай обронил, что он, конечно же, не отрицает влияния христианства на культуру, но, тем не менее, он считает, что эпоха этого влияния канула в лету, и сейчас другие силы диктуют условия. Эта его фраза засела у меня в голове. По какой-то причине я не мог несколько дней от нее отвязаться и только спустя неделю я понял, почему. Во время разговора я почему-то не сообразил, что вообще-то весь тезис моего товарища по сути строится на неверном понимании культуры и религии, а точнее христианства, а еще точнее — Христа. Мы, как это всегда бывает, просто не разобрались в терминах. А стоило. Попытаюсь сейчас объяснить, что меня задело, и почему я в корне не согласен с утверждением моего друга.

Терминология

Начнем с простого и главного. Культура – что это вообще такое? Вот вы можете сказать про себя или про кого-то другого: «вот идет культурный человек». Или вы можете сказать кому-то, сплюнувшему на тротуар: «в культурном обществе так не делают». Правда? У вас в голове есть более или менее понятное (правда, только вам) деление на то, что культурно, а что нет. Есть у вас такая коробочка в голове с ярлычком «Бескультурье», куда вы определяете всё, что сегодня, здесь и сейчас, в вашем обществе и окружении общепринято вводить в антагонизм с тем, как вы привыкли жить. Если свести это к еще более банальному и жесткому определению, то в бескультурье вы определяете то, что заставляет вас чувствовать дискомфорт – музыку, которая вам противна, мат, поведение людей, отношение людей к чему-то и так далее. Есть руками для вас – бескультурье. Петь матерные песни – тоже. Ковыряться в носу на людях – однозначно. Пройти вне очереди – сюда же. Конечно же, речь идет об очень практичных, бытовых вещах. Постепенно вы начинаете иметь дело с подменой понятий. Культурой становится то, что можно условно назвать современным этикетом. В Москве в 2017 году правильно вести себя вот так и вот так, но ни в коем случае не так и не так – вот вам и одна сторона культуры.

Но есть и другая сторона. Что вам первым приходит в голову, когда вы слышите слово «культура»? Правильно! Искусство, музыка, литература, архитектура и так далее. Культурное наследие – это так важно! Вот и выходит, что у большинства людей культура ассоциируется с двумя параметрами – бытовым (то, что близко к телу) и искусством в широком смысле слова (это, чаще всего, весьма размыто и далеко от понимания).

Но ведь на самом деле культура – это совсем другое. Культура включает в себя вышеозначенные параметры, но кроме них – еще многое другое, да практически все. Более того, они лишь являются ее проявлениями в том или ином промежутке времени, проявлениями, которые как раз и являются переменными, а не константами. В то время, как культура сама по себе — штука постоянная, как идея. Культура – это поле.

Второй Ватиканский Собор и определение культуры

Не нужно далеко ходить. Посмотрите, что об этом говорят нам материалы Второго Ватиканского Собора.

Собор учитывает возможность двух представлений о культуре.

1. В той или иной социальной среде культура представляет собой способ самореализации личности.

Именно поэтому нельзя просто взять и связать понятие культуры с проявлениями артистизма, которые присущи далеко не всем, но следует применять его ко всему, «с помощью чего человек совершенствует и развивает различные способности души и тела; старается своими знаниями и трудом познать вселенную, делает социальную и семейную жизнь, равно как и гражданскую, во всей ее совокупности, более гуманной, благодаря улучшению нравов и учреждений; наконец, выражает, сообщает и сохраняет на протяжении времени величие духовного опыта и внутренних устремлений человека, чтобы они послужили на пользу многим и, даже более того, всему человеческому роду» (G. et S., № 53, § 2).

2. В то же время нельзя забывать, что  культура присуща каждому отдельному народу в каждом отдельно взятом историческом периоде. И народ выражает себя как единый организм через культуру и на этой основе формирует коллективное самосознание. Поэтому Церковь, стараясь приспособиться к любой форме человеческого общества и «освоить все, что есть ценного в обычаях и различных формах жизни народов» (Lumen Gentium, № 13, § 2), должна знать и ценить разные культуры, с пониманием использовать их, чтобы нести народам Благую Весть.

Так или иначе, культура «непосредственно вытекает из разумной и общественной природы человека» (G. et S., №. 59, § 2).

Собор утверждает, с одной стороны, «права всех на цивилизацию и культуру… без различия расы, пола, национальности, религии или социального положения, должны признаваться везде и осуществляться на деле», чтобы все и каждый могли «достичь полного развития своей культурной жизни, соответствующего своим дарованиям и традициям» (№ 60, §§ 1—2), и с другой стороны, этот доступ к культуре должен сочетаться со «свободным поиском и передачей истины». Внимание, «… без различия религии».

Культура – это и есть человек во всех его проявлениях. Говорить о культуре — значит, как отмечал известный драматург Ионеско, обращаться к «драме бытия, человеческой трагедии, концу мира». Нельзя просто взять и подменить понятие культуры артистизмом, искусством или этикетом.

Культура и христианство – вместилище и тело

Вот поэтому тезис моего друга так сильно запал мне в душу, поэтому я не мог от него никак отделаться. Христианство не влияет на культуру, оно ей является — по сути, но не по форме. Потому что христианство – это человек, встретивший Христа. Христова Церковь — это община верующих, а потому через человека христианство живет, дышит, движется, даже изменяется. При этом, конечно, нельзя забывать, что это Христос действует посредством человека, в человеке и через человека. Но то, что видимо глазу, то, что ощущается нами эмоционально или физически – это человек. Движение и дыхание Церкви имеет человеческое измерение. И это движение, это дыхание Церкви приносит свои плоды. Или не приносит. В зависимости от этого в разные исторические периоды культура представляет собой внешне и внутренне разную картину. Но цель остается одной и той же, она неизменна. Как говорил Жан Лакруа, «цель культуры — полное осуществление всех возможностей человека». То же самое можно сказать и о христианстве. Христос призывает всех к полному осуществлению своих возможностей.

Итак, я ни в коем случае не ставлю знака равенства между культурой и христианством. Совсем наоборот, я хочу сказать, что христианство – не внешнее влияние, но неотъемлемая часть культурного поля, роль которой нам сейчас и предстоит определить. Если сравнивать культуру с телом, то христианство – это кровь. Бог — это сердце, которое разгоняет кровь по телу. Можно питать тело по-разному. Можно помещать тело в разные условия, подвергать разным влияниям. Все это будет влиять на кровь. Порой она может наполняться вредными веществами.  Но все это – внутренние процессы, которые как раз и заставляют тело действовать. Ни о каком влиянии извне речь не идет, христианство формирует и культивирует культуру изнутри. О масштабах, качестве и результатах этого культивирования можно судить, рассуждать и дискутировать. Но важно договориться на берегу: Христос – это не тот, кто влияет на культуру человечества сегодня. Он не тот, кто влиял на культуру человечества сто или пятьсот лет назад. Христос – это тот, кто определяет ее, определял ее раньше и будет определять «до конца времен». И не из-за христианского литературного наследия, не из-за имманентных человеческих характеристик и черт, не из-за моральных внутренних и внешних установок и законов. А просто потому что Христос – вчера, сегодня и всегда. И человеческая жизнь, и этот мир реализуются в Нем. Если по Лакруа, «цель культуры — полное осуществление всех возможностей человека», то по Иисусу, цель человека — полное осуществление возможностей Господа, абсолютная любовь и вечная жизнь.

Все содержит Христа

Как нельзя лучше сформулировал это Диво Барсотти в своей книге «Тайна христианства»: «Иисус как Бог обладает Вечностью и предшествует всякому времени… Он присутствует и наполняет историю мира. Вся история, вся жизнь мира есть Христос – в обетовании, в пророчестве, в спасительном предварении. Следовательно, вся история пророческая: не только история избранного народа, но и всеобщая история, все прообразует, указывает, содержит Христа».

Вот еще одна метафора, чтобы максимально прояснить то, о чем я пытаюсь сказать. Культура — это тело. Можно нанести на кожу тату, или вставить серьгу в ухо, или перекрасить волосы, можно одеваться по-разному. Но тело остается – кровь, мозг, сердце, кишечник и так далее. Оно меняется, да, но независимо от наносного.

Возвращаясь к тезису моего друга, сейчас бы я ответил ему так. Христианство не «влияло» на культуру, а поэтому и не «перестало влиять». И никакие новые силы не начали диктовать условия вместо христианства. Просто культура изменилась. Потому что она изменяется! Христианство – неотъемлемая часть культуры. Как было, так и есть. В конечном счете, все сводится к вопросу «Кто я?». Не «откуда я», не «почему я есть», не «а есть ли что-то там, после». Нет, и еще раз нет. Ключевой вопрос – «Кто я?» Культура во всех ее проявлениях – это болезненный процесс убеждения себя в необходимости и правомочности такого вопроса, а потом уже и сам поиск ответа. Христианство – ответ.

Христианство активно и независимо от тех или иных внешних проявлений культуры в тех или иных обществах в те или иные времена. Возможно, христианство перестало сильно влиять на некоторые проявления культуры сегодня – музыку, литературу или этикет, например. Да, согласен, это важно для отдельного человека, живущего здесь и сейчас в определенных рамках. Но важно ли это для нас в исторической перспективе, которая обещает Спасение и конец времен?

В этом смысле, две тысячи лет назад произошла настоящая культурная революция. В ожидании следующей мы живем.

Николай Сыров

Фото: Dreamstime.com

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о