1. Мы хотели бы добавить к нашему анализу, посвященному библейскому «изначальному», еще один короткий отрывок из IV главы книги Бытия. Однако для этой цели необходимо прежде обратиться к словам, произнесенным Иисусом Христом в разговоре с фарисеями (см. Мф 19 и Мк 10)*, вокруг которых вращаются наши размышления; они касаются контекста человеческого существования, согласно которому смерть и свойственное телу разрушение («и в прах возвратишься» — Быт 3:19) стали общей участью людей. Христос ссылается на то, что было «в начале», к изначальному измерению таинства сотворения, к той поре, когда это измерение уже было нарушено mysterium iniquitatis, т.е. грехом, и, вместе с тем, смертью: mysterium mortis. Грех и смерть вошли в историю человечества некоторым образом через само сердце этого союза, который «изначально» составляли мужчина и женщина, сотворенные и призванные стать «одной плотью» (Быт 2:24). Уже в начале наших размышлений мы установили, что Христос, ссылаясь на то, что было в «начале», переводит нас, в некотором смысле, через границу наследуемой греховности человека к его изначальной невинности; так Он позволяет нам найти преемственность и связь, существующую между этими двумя положениями, посредством которых разыгралась драма истоков, а также открытие историческому человеку тайны о человеке.

*Необходимо учесть, что в разговоре с фарисеями [Мф 19:7-9; Мк 10:4-6] Христос занимает позицию, касающуюся практики Моисеева закона относительно т.н. «прошения о разводе». Слова «по жестокосердию вашему», произнесенные Христом, отражают не только «историю сердец», но также все многообразие практичного закона Ветхого завета, который всегда искал «человеческий компромисс» в столь деликатной сфере.

Это, так сказать, позволяет нам после анализа состояния изначальной невинности перейти к анализу «познания и продолжения рода». Тематически он тесно связан с благословением чадородия, о котором говорится в первом рассказе о сотворении человека как мужчины и женщины (Быт 1:27-28). Исторически же он уже включен в контекст греха и смерти, который, как учит книга Бытия (Быт 3), опирается на осознание значения человеческого тела вместе с разрывом первого союза с Создателем.

2. В 4 главе книги Бытия мы читаем: «Адам познал Еву, жену свою; и она зачала, и родила Каина, и сказала: приобрела я человека от Господа. И еще родила брата его, Авеля» (Быт 4:1-2). Если мы присоединяем к «познанию» первый случай рождения человека на земле, мы делаем это на основании буквального перевода текста, согласно которому брачный «союз» определяется именно как «познание». В действительности процитированный перевод звучит так: «Адам познал свою жену Еву», в то время как следовало бы перевести: «познал свою жену», что в большей степени соответствует семитскому понятию «jadac» («Познать», [jadac], на языке Библии означает не только чисто интеллектуальное познание, но также конкретный опыт, как, например, опыт страдания [см. Ис 53:3], греха [Прем 3:13], войны и мира [Суд 3:1; Ис 59:8]. Из этого опыта также берет начало нравственное суждение: «познание добра и зла» [Быт 2:9-17]. «Познание» входит в область межчеловеческих отношений, когда касается солидарности семьи [Втор 33:9] и особенно супружеских отношений. Именно в связи с супружеским актом термин подчеркивает отцовство выдающихся персонажей и происхождение их потомства [см. Быт 4:1, 17-25; 1 Цар 1:19], как убедительные данные по генеалогии, которой первосвященники [наследники в Израиле] придавали большое значение. Однако «познание» могло также означать все другие сексуальные отношения, даже запретные [см. Числ 31:17; Быт 19:5; Суд 19:22]. В отрицательной форме этот глагол обозначает воздержание от сексуальных отношений, особенно если речь идет о девах [см., напр., 3 Цар 2:4; Суд 11:39]. В этой области Новый завет использует два гебраизма, говоря об Иосифе [Мф 1:25] и Марии [Лк 1:34]. Особое значение приобретает аспект экзистенциальной связи «познания», когда его субъектом или объектом является сам Бог [напр., Пс 140; Иер 31:34; Ос 2:22, а также Ин 14:7-9, 17:3]).

В этом можно увидеть признак бедности древнего языка, в котором отсутствовали различные выражения для определения различных случаев. Тем не менее, остается показательной ситуация, в которой муж и жена соединяются так, что становятся «одной плотью», чтобы дать определение «познания». Действительно, таким образом, кажется, что из скудости языка рождается особая глубина значения, проистекающая как раз из всех ранее проанализированных значений.

3. Очевидно, это так же важно, как «архетип» нашего способа представлять человека телесным, с его мужественностью и женственностью, следовательно, с его полом. Так, в действительности, через термин «познание», использованный в книге Бытия 4:1-2 и часто в Библии в целом, супружеские отношения мужчины и женщины, т.е. то, что через дуальность пола они становятся «одной плотью», были подняты и введены в особую человеческую сферу. Бытие 4:1-2 говорит только о «познании» женщины мужчиной, почти подчеркивая особое участие последнего. Однако можно также говорить о взаимности этого «познания», в котором мужчина и женщина участвуют посредством своих тел и пола. Добавим, что ряд последующих библейских текстов, как, впрочем, та же глава книги Бытия (см. Быт 4:17, 25), говорят тем же языком. И так вплоть до слов, произнесенных Марией из Назарета на Благовещение: «Как будет это, когда Я мужа не знаю?» (Лк 1:34).

4. Так, с этим библейским «познал», которое впервые появляется в Бытии 4:1-2, мы, с одной стороны, оказываемся перед прямым выражением человеческой интернациональности (потому что она свойственна познанию), и, с другой стороны, перед всей реальностью сожительства супружеского союза, в котором мужчина и женщина становятся «одной плотью».

Говоря здесь о «познании»», даже из-за бедности языка, Библия указывает на самую глубокую суть реальности супружеского сожительства. Эта суть возникает как часть и вместе с тем как результат тех значений, признаки которых мы стараемся проследить с самого начала нашего исследования; действительно, она является частью осознания значения собственного тела. В книге Бытия 4:1, становясь «одной плотью», мужчина и женщина особым образом чувствуют значение собственного тела. Вместе они становятся почти единым субъектом этого события и опыта, все же оставаясь в этом союзе двумя действительно разными субъектами. Что, в некотором смысле, позволяет нам признать, что «муж познает жену» или же что оба «познают друг друга». Итак, они открываются друг другу с этой особой глубиной собственного человеческого «Я», которое как раз и открывается через их пол, мужественность и женственность. И тогда, особым образом, женщина «дается» мужчине для познания, а он – ей.

5. Если мы хотим сохранить связь с уже проделанным анализом (особенно, что касается последних выводов, которые интерпретируют человека как дар), необходимо отметить, что согласно книге Бытия datum (лат. дар, подарок, подношение) и donum (лат. дар, подарок, жертва) эквивалентны.

Тем не менее, Бытие 4:1-2 делает особый акцент на datum. В супружеском «познании» женщина «дается» мужчине, а он – ей, потому что тело и пол непосредственно входят в структуру и само содержание этого «познания». Так, реальность супружеского союза, в котором мужчина и женщина становятся «одной плотью», включает в себя новое открытие, в некотором смысле определяющее значение человеческого тела в его мужественности и женственности. Но, относительно подобного открытия, верно ли говорить только о «сексуальном сожительстве»? Необходимо иметь в виду, что каждый из них, мужчина и женщина, не являются только пассивным объектом, который определяется собственным полом и телом, и, таким образом, детерминируется «природой». Напротив, как раз из-за того, что они мужчина или женщина, каждый из них «дается» другому как единственный и неповторимый субъект, как «Я», как личность. Пол определяет не только соматическую индивидуальность человека, но и одновременно его персональную идентичность и действительность. И как раз в этой персональной идентичности и действительности, как неповторимое женское/мужское «Я», человек «познается», когда сбываются слова книги Бытия 2:24: «человек… прилепится к жене своей; и будут двое одна плоть». «Познание», о котором говорится в Бытии 4:1-2 и всех последующих библейских текстах, достигает самых глубоких корней этой идентичности и действительности, которые обусловлены принадлежностью мужчины и женщины своим полам. Подобная действительность обозначает как уникальность, так и неповторимость личности.

Итак, стоило бы подумать о красноречии процитированного библейского текста и о слове «познал»; вопреки мнимому отсутствию терминологической точности, оно позволяет нам остановиться на глубине и обширности понятия, которых наш современный, даже очень точный, язык часто лишен.

Источник (ит.): www.careware.it

Перевод: Мария Кедрова

Изображение: catholicexchange.com