Мы привыкли думать о Воплощении Бога как о необходимом условии нашего Искупления, о Рождестве – как о начале пути к Распятию. Но вот, например, глубокий и правоверный отец Романо Гвардини считал, что Израиль мог принять Мессию, и история человечества повернулась бы иначе, преобразившись в Царство Божие. Для меня важным уроком является сама история откровения Бога о себе, данного людям.

Завет с Авраамом, борьба с Иаковом, разговор с Моисеем… В Ветхом Завете Бог недостижим и невидим. Бог общается с народом через Закон и являет себя в истории, посылает ангелов и пророков. Но даже Моисей, с которым Бог разговаривает как с другом, не может видеть Его лица. И вот после длительного воспитания человека и человечества в лице Израиля в вере – происходит Воплощение. Бог идёт навстречу человеку так далеко, как человек не мог себе представить – становится одним из нас. Любя человека, он открывается своему возлюбленному. «Бога не видел никто никогда; единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил», слагает Иоанн, слышавший вместе с другими апостолами: «Видевший Меня – видел Отца». «Я уже не называю вас рабами, ибо раб не знает, что делает господин его; но я назвал вас друзьями, потому что сказал вам всё, что слышал от Отца моего».

Первый принцип педагогики Бога, явленный нам в Воплощении, — снисхождение, выход навстречу. Бог спускается на наш уровень, становится вровень с нами, одним из нас, чтобы мы могли воспринять Его. Именно этому принципу следовал апостол Павел, проповедуя афинянам неведомого Бога и «для всех сделавшись всем»; ему подражали Кирилл и Мефодий, когда переводили богослужение на славянский язык, идя навстречу новым народам, как сошёл нам навстречу сам Бог; этим вдохновлялась Католическая Церковь, разрешив богослужение на национальных языках – испанском и немецком, английском и русском, корейском и тагальском (пилипино), йоруба и суахили. Творцу не зазорно первым звать человека; все наши усилия – только ответ на Его зов.

Другая важная сторона Воплощения – братство. Творец одарил нас свободой, чтобы сделать способными любить и творить, «по образу и подобию Божию». Но свободный Творец – всемогущ и всеблаг; человек же ограничен, со свободой он может не справиться – и не справляется: промахивается, косячит, грешит. Бог предельно честен – Он разделяет с человеком все риски свободы: риск зла, риск отсутствия (ответной) любви; становится одним из нас, в неизвестности, бедности, беззащитности, труде; принимает несправедливое осуждение и позорную страшную казнь… «Как можно верить в Бога после Освенцима и Гулага?» — вот как раз в Распятого – можно; и только в такого и можно. Разделяя же с человеком все риски и трудности человеческого существования, он тащит их на Себе («он понёс наши грехи») – и помогает нам преодолеть их; помогает не со стороны – изнутри, пройдя через грех и через смерть.

И, наконец, третий урок Воплощения – собственно Откровение, открытие Творцом себя людям, вплоть до своей внутренней жизни в единстве Троицы. Вообще говоря, Бога ведь можно представлять очень разным. Одни видят Его добрым, заботливым, любящим отцом; другие — суровым и ревнивым властителем; третьи — жестоким, обидчивым и мстительным тираном… Бесконечно далёкий и непостижимый Бог может представляться в совершенно противоположных образах; можно заставить человека видеть дьявола под личиной Бога. С Христом такое невозможно. В каком бы образе мы Его ни видели – Младенца, Агнца, Пастыря, Царя, Страдальца — обман и инверсия невозможны; можно представлять себе злым абстрактного Бога, но Христа — нет, не получается. В этом и состоит одна из важнейших сторон Откровения.

Что же это значит для нас, какие уроки можем извлечь мы из божественной педагогики Воплощения? Принцип Воплощения и для нас, людей из плоти и крови, и одновременно – души и духа, должен работать.

На снисхождение Бога к нам мы призваны ответить восхождением к нему. Воплощена должна быть наша вера. Вера – это не настроение, не эмоция, не «религиозные чувства». («Оскорбление религиозных чувств», как и всякое сведение веры к чувствам, к настроению, — проблема пастырская, а не полицейская.) Вера – дело воли, акт выбора определённой позиции по отношению к миру и Богу. Наш путь в вере может быть очень разным, но важно следить, чтобы он не определялся игрой переменчивых эмоций, а был последовательным путём взросления. Вера должна сохранять значение верности. Вера – это и доверие Богу Живому, а значит – разговор с ним, молитва. Наша молитва тоже должна быть воплощена. Воплощение молитвы – это её постоянство, независимость от перемен настроения. Это и то, что делает её не монологом, а именно беседой с Творцом, — готовность Его слушать, умение умолкнуть и дать говорить Богу. Формы этого вслушивания в Слово Бога в тишине могут быть разными: безмолвная молитва и Lectio Divina, чтение Писания и адорация. Но без этого воплощения диалога с Богом в реальность молитва-монолог будет просто иллюзией.

Воплощено должно быть наше человеческое братство, любовь к ближнему. В готовности прийти на помощь, выслушать, потратить своё время, приложить усилия, чтобы сдержаться, не ответить резкостью на резкость, смолчав и заменив спор – молитвой. Право же, это гораздо трудней азартного спора; но именно в этом – плоть реального братства в Боге. Воплощена должна быть даже наша вроде бы очевидная любовь к тем, кого мы любим, казалось бы, безусловно, — жёнам и мужьям, детям, родителям. Смолчать на замечание бабушки, которое кажется неуместным, или в который раз повторенный вопрос; вымыть посуду, преодолев усталость, потому что иначе за это возьмётся вернувшаяся ещё позже жена, тоже уставшая… Без подобного воплощения наши близкие не увидят нашей любви к ним.

Воплощено должно быть наше звание христиан. Это тоже часть доверия Богу – принимать всерьёз Его слова. Если Он не написал книгу, а созвал рыбаков, боевика, налоговика, то ли блудницу, то ли одержимую… — и создал общину, и ей доверил Своё дело, значит, наше честное следование за Христом может быть только путём вместе с Церковью, «через неё, и с ней, и в ней». Если Он доверил Петру быть «закладным камнем» фундамента Церкви, которую не одолеет ад, и заповедал: «по тому узнают, что вы мои ученики, если будете иметь любовь между собою», — значит, христианское единство в земном мире должно быть воплощено в реальном земном символе и центре, а способ, которым должен действовать престол святого Петра, — служение в любви; и пройдя через искушения властью и богатством, он всё больше учится действовать именно так. Путь воплощения должен нас вести от участия в Евхаристии – к её плодам: ответственности за Церковь, которая состоит не в переживаниях за Папу, собор, синод, епископов – за всё то, что мы не можем контролировать, но в том, что мы реально можем сами: убраться в своём храме, сделать приходскую газету, полезный единоверцам сайт, нести, в конце концов, материальную ответственность за собственный храм, не ожидая вечных «даров волхвов»… Это трудный и интересный путь – продолжать дело Воплощения, быть руками Бога, которыми Он действует в этом мире, быть членами Тела Христова.

Сергей Сабсай

Изображение: wikimedia.org