Лента новостей приносит всё более неожиданные известия из разных стран, которые выстраиваются во вполне синхронную картину.

Вот во Франции после теракта в Ницце местные власти запрещают на пляже буркини – мусульманский закрытый купальный женский костюм. Вооружённые полицейские заставляют мусульманку снять с себя часть одежды… Аргументация такова: мы секулярная страна, в общественных местах не место религиозной одежде. С подобной аргументацией заставляли снимать нательный крест в Британии, пытались снимать распятия в школах Италии… В нашей прессе и блогосфере принято называть этот подход привычным «ругательством»: либерализм. На самом деле, конечно, это подход совершенно антилиберальный, ведь либерализм – это признание свобод человека неотъемлемыми. Секуляризм – да. Но ведь даже не плюрализм. С либеральной и плюралистической точки зрения за людьми должна признаваться свобода быть разными, а значит – не скрывать этого.  Секулярная же логика в приведённых случаях работает совершенно наоборот: от людей требуют быть одинаковыми и ни в коем случае не показывать разнообразие и своеобычность. По сути, этот подход является тоталитарным. И заводит он всё дальше и дальше: вот уже вице-мэр Ниццы отвечает, что католические монахини, разумеется, тоже не могут находиться на пляжах в своих хабитах. Т. е. власти и полиция начинают диктовать женщинам, где и когда им одеваться или раздеваться.

Это, конечно, дело французов – устанавливать порядки в своей стране. Да и суд высшей инстанции отменил странные решения местных властей. Но давайте зафиксируем логику процесса: исламистский теракт – ограничения для мусульман – ограничения для христиан, причём традиционной конфессии.

А вот наши, российские новости. В Железнодорожном задержан и оштрафован американец-баптист за организацию в своей квартире встречи для молитвы и чтения Библии — он должен был письменно уведомить власти об этом. В Твери ганец-пятидесятник задержан и оштрафован за проведение крещения в арендованном бассейне. В Марий Эл судят местного пятидесятника за участие в празднике деревни, классифицировав его действия как миссионерскую деятельность в неправильном месте. В Петербурге задержан реформаторский архиепископ Сергей Журавлёв за проповедь в общине мессианских евреев. Касающиеся закона о свободе совести поправки из «закона Яровой» — это вечное искушение для бюрократии и полиции контролировать всё – так спокойнее. В сущности, та же тоталитарная идея, что у французских секулярных властей. И это ставит перед нами вопрос: почему такое происходит? как относиться к происходящему? как себя вести?

Попытаемся понять происходящее, его причины и задуматься над нашими реакциями. В истории государство нередко пыталось подчинить себе человеческую личность, и с появлением технологий массовой связи, информации, пропаганды это искушение всё сильнее, и его не избегают даже демократические общества. Что до нашей страны, то вспомним её историю: ещё 156 лет – всего 6-7 поколений назад – подавляющее большинство населения были крепостными рабами. Полвека относительной свободы – пара поколений, несущих ответственность за себя и свою жизнь – и мировая война, революция, война гражданская и 70 лет советской власти. Нынешняя молодёжь, рождённая в 1990-х и не заставшая «реального социализма», — всего лишь третье свободное поколение  в нашей стране за многие сотни лет. Мы только учимся свободе и ответственности в общественной жизни, и учимся спустя рукава. «От нас всё равно ничего не зависит», «политика – грязное дело» и т. п. – и многие, едва ли не большинство, даже не приходит на выборы.  Поделюсь опытом: на последних выборах, в Мосгордуму, я работал как член участковой избирательной комиссии с правом решающего голоса. Автоматизированные урны, считывающие результаты голосования в ходе приёмки бюллетеня и не подключенные в ходе голосования к каналам связи, не оставляют возможностей для манипулирования результатами – невозможно заранее предсказать точное число пришедших голосовать, чтобы результаты совпали с количеством выданных бюллетеней. Стариков, подавших заявления о голосовании на дому, было необычно много – 3%. При явке избирателей около 20% эти 3% превратились в 15% голосов. Горожане сами отдали голосование, касающееся будущего своего города, в большой степени в руки стариков, не выходящих из дома. Что это, как не выученная беспомощность?

Каково же должно быть христианское отношение к политике, закону, выборам, государству? Прежде всего, христианин понимает, что источником и гарантом человеческой свободы является Бог-Творец. Он наделил нас свободой и способностью любить и творить – именно в этом наши образ и подобие Божьи. Именно свобода придаёт значение и ценность нашему моральному выбору, а значит – наделяет нас ответственностью за наш выбор, за наши действия и бездействие. Перечитаем великую энциклику Pacem in terris, «Мир на земле» святого Папы Иоанна XXIII. «Достоинство, присущее человеческой личности, требует, чтобы люди принимали деятельное участие в общественной жизни… Благодаря их участию в общественной жизни открывается новое и широкое поле для добра, в то же время частые контакты между гражданами и должностными лицами позволяют последним осознать объективные требования общего блага; смена состава представителей препятствует устареванию органов власти и обеспечивает их обновление, соответствующее эволюции общества». (44)

Но и власть несёт огромную ответственность перед обществом. «Власть — не неконтролируемая сила; напротив, это — способность управлять, согласуясь с разумом. Следовательно, ее управляющая сила проистекает из нравственного порядка. … Власть — прежде всего нравственная сила, которая, следовательно, должна в первую очередь взывать к совести, то есть к обязанности добровольно содействовать общему благу, возложенной на каждого человека. Однако все люди равны в силу естественного достоинства: никто не может подчинять себе внутренний мир другого человека. … Это значит, что когда её [власти] законы и установления находятся в противоположности с указанным порядком и, следовательно, противоречат воли Бога, они не носят обязательной для совести характера, поскольку «должно повиноваться больше Богу, нежели человекам» (Деян 5,29). В таком случае, сама власть перестает быть таковой и вырождается в насилие». (27-29) «Справедливость и беспристрастное отношение порой требуют, чтобы общественная власть с особым вниманием относилась к слабым элементам социума, так как им труднее отстаивать права и пользоваться законными интересами личности. В новое время осуществление общего блага в основном выражается в правах и обязанностях личности. По этой причине всякое действие органов власти, направленное на непризнание или нарушение прав личности, противоречит самому их предназначению и, следовательно, лишено юридической ценности». (34, 36)  Будем стремиться к тому, чтобы власть и все служащие ей это понимали. Будем и молиться об этом.

Что же мы можем реально сделать в данной ситуации дурного исполнения дурного закона? Во-первых, не будем забывать о Конституции, которая является законом прямого действия: «Каждому гарантируется свобода совести, свобода вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними».

Во-вторых — и это важнее – станем помнить, что христианин всегда должен быть на стороне гонимых и преследуемых. Тем более что у российских католиков есть пример святого доктора Гааза. Он одновременно облегчал участь страдающих, независимо от степени их виновности, и боролся за изменение жестоких и бесчеловечных порядков; и именно это сочетание деятельного милосердия к отдельному человеку и святого упорства в системном решении проблем придавало силу его требованиям.И это христианское, милосердное решение конкретных проблем, одной за другой, меняло в результате атмосферу в обществе и само общество. Именно так в истории христианство и действовало – как закваска. Так – подавая личный пример и тем самым создавая новую атмосферу – действует сегодня Папа Франциск. И даже если мы не можем деятельно помочь, подобно доктору Гаазу, молитва – тоже помощь.

В-третьих, будем понимать, что процесс имеет свою логику, на примере Франции мы видели, как она может разворачиваться от борьбы с терроризмом до ограничений для христиан. А ещё конкретные полицейские могут стараться показать свою нужность в условиях экономии бюджета, даже вопреки первоначальным заявлениям законодателя. В результате под удар могут попасть верующие любой конфессии. Никто не застрахован от по-своему понятых законов и их чересчур рьяного исполнения. Однако, любой подобный контакт должен быть для нас возможностью исповедовать нашу веру на деле, в реальном общении с новыми людьми. И пусть нас сегодня многие учат почитать силу, — мы призваны любить Бога и людей. Нам всем нужно учиться сохранять дарованную Творцом свободу и различать попытки её подменить под любыми лозунгами и предлогами — секулярными, патриотическими, антитеррористическими…

Но где найти силы, что мы можем одни? В 1937 году нам уже ответил  Пий XI в энциклике Mit brennender Sorge («С глубокой тревогой»): «И сегодня Мы повторяем со всей доступной Нам настойчивостью: мало быть членом Церкви Христовой, нужно быть живым ее членом в духе и истине, то есть жить в состоянии благодати и в присутствии Божием, либо в невинности, либо в искреннем покаянии. Если апостол народов, сосуд избранный, усмирял и порабощал тело свое, дабы, проповедуя другим, самому не остаться недостойным, может ли кто-либо из ответственных за расширение Царствия Божия пользоваться каким-либо еще методом, кроме личного освящения? Только так можем мы явить нынешнему поколению и критикам Церкви, что «соль земли», закваска христианства не разложилась, а готова дать современным людям — пленникам сомнений и ошибок, жертвам безразличия, уставшим от веры и отходящим от Бога — духовное возрождение, в котором они так нуждаются. Христианство, прочно держащееся за самое себя, отвергающее всякий компромисс с миром, принимающее всерьез заповеди Бога и Церкви, сохраняющее любовь к Богу и к людям во всей ее свежести, — такое христианство может быть и будет образцом и предводителем мира, смертельно больного и стенающего о руководстве, если только мир сей не обречен на невообразимую катастрофу».

Перед нами – большой труд: воспитывать себя в свободе, учиться брать на себя ответственность за свою жизнь, свою страну. Помнить, что христианин идёт «путём зерна». Зато любое хорошо сделанное дело — новый материал, или новый хоспис, или новый алтарь, или ребёнок, увлечённый новым школьным предметом или переставший бояться старого, или вылеченный больной, или интересная книжка, — медленно, незаметно, но неизбежно меняет мир вокруг. Только сами становясь внутренне – во Христе — свободными, мы сможем сделать более свободным наше общество. Нет другого пути, как «заглушать зло изобилием добра», по слову святого Хосемарии Эскривы.

Святой доктор Гааз, моли Бога о нас, научи нас стойко служить добру.

Сергей Сабсай

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о